19 февраля 2017 г. умер Игорь Ростиславович Шафаревич.

Ответить
19 февраля 2017 г. умер Игорь Ростиславович Шафаревич.
Светлая ему память.


Судьба и крест Игоря Шафаревича
Февраль 20, 2017
Памяти великого учёного
Игорь Ростиславович Шафаревич ( 1923.06.03 - 2017.02.19)
Игорь Ростиславович ШафаревичНа излете советской эры существовало три великих диссидента: Сахаров, Солженицын и Шафаревич. Академик Сахаров стал непререкаемым лидером демократического направления, амулетом свободомыслия и либерализма, его именем назвали проспект, на котором собирались наши «оранжисты».

Солженицын не сразу вернулся в Россию, выжидая чем кончится переворот августа-91-го года. Он сел на триумфальный поезд во Владивостоке, двинулся через всю Россию; его встречали хлебом-солью и венчали на пост великого писателя. И в этом качестве, почти непререкаемом, он прожил последние годы своей жизни.

И только Игорь Ростиславович Шафаревич снискал совершенно иную долю. Он был окружён плотным облаком тьмы. Официальная пропаганда, господствующие либералы не замечали его или же именовали фашистом, так же как Распутина или Бондарева.
Откуда эта ненависть, это неприятие? По-видимому, из-за того, что Шафаревич организовал свою интеллектуальную и духовную атаку не просто на конструкцию советского строя, не просто на неприемлемый для него коммунизм, а гораздо глубже.

Он сформулировал концепцию «русофобии» как настроения, господствующего в России начиная с конца XIX столетия. Он обвинил в русофобии целые пласты современного и минувших дней либерализма, говоря, что через неприятие всего русского – истории, литературы, менталитета – осуществляется подавление и уничтожение громадного народа.
Одновременно с этим он продолжил и разработал теорию «малого народа», который оседлав малоподвижное большинство, угнетает его. Эти концепции сделали Игоря Ростиславовича неприемлемым для победившего либерально-демократического направления.

Более двадцати лет Шафаревич и его интеллектуальные проявления оставались вне официального информационного поля. Зато все эти годы он был несомненным интеллектуальным лидером национально-патриотического движения. Шафаревич являл собой академический, аналитический ум, способный сформулировать мысли и чувства, которые патриотические массы несли в своём сердце, но не могли выразить в концептуально-безупречной форме. Игорь Ростиславович был кумиром патриотических вечеров. Когда он выходил на сцену и очень спокойно произносил свои формулы, зал импульсивно реагировал — вскакивал, бурно аплодировал.

Идеи Шафаревича абсолютно актуальны и плодотворны в наше время. Многие думают, что когда он говорил о «малом» и большом» народах, речь шла о евреях и русских. Взгляды Шафаревича были гораздо шире и глубже. Сегодня мы присутствуем при агрессии гомосексуального меньшинства, которое стремительно завоёвывает мир, подчиняет своему влиянию человечество. Такое ощущение, что мы накануне гомосексуальной диктатуры. Это блестяще организованное, оснащённое современными технологиями меньшинство, обладающее влиятельным лобби в политике, культуре, информационной сфере. Оно предлагает миру другой вариант существования и мир, корчась, вопя и страдая, подчиняется давлению этого «малого народа».
Однажды в день моего рождения, Шафаревич подарил мне бронзовый литой крест, и он украшает мой семейный иконостас.

Игорь Ростиславович Шафаревич высоко, гордо и непреклонно нёс свой крест все эти наполненные русским страданием и русским пафосом, годы.
Царствие ему Небесное!

Александр Проханов

http://www.odigitria.by/2017/02/20/sudb ... farevicha/
Академик Шафаревич: «Аккуратно, постепенно сделать Россию нерусской не удастся»


Изображение

В 1982 во Франции издана книга Шафаревича «Русофобия».

В одном из интервью на вопрос « О чем Вы думали прежде всего, когда писали свои труды? Что было Вашей движущей пружиной?», академик Шафаревич ответил:
—Я всю жизнь, сколько себя помню, думал о судьбе русского народа, которая, как мне представляется, связана с судьбой всего человечества.
http://vnatio.org/arhiv-nomerov/node20/

Это постоянное думанье о судьбе русского народа и привело его к осознанию, что русский народ находится под двойным гнётом. Гнёт диктатуры КПСС. И жидовский гнёт. Академик Шафаревич слово «жиды», конечно, не употреблял, это ещё Табу, но употреблял слова «малый народ» и «евреи».

В своём исследовании «Русофобия» он использовал идею французского историка начала 20 века Огюстена Кошена о «малом народе». «Малый народ» - это антифранцузская элита, которая навязала «большому народу» свои идеи и теории и таким образом именно «малый народ» - причина и движущая сила кровавой французской революции. Вот и Шафаревич утверждает, что и в России «малый народ» (главным образом – евреи) сыграл большую роль в революции 1917, и эти евреи-победители рванули после революции к власти и подмяли русский народ. Шафаревич расстрел жидами царя Николая Второго и царской семьи считает ритуальным убийством.


Малый народ с большим ртом

Огромная часть «демократической» интеллигенции, диссидентов-жидов и диссидентов жидовствующих, естественно отвернулась от диссидента академика Шафаревича, зафыркала на него и злобно залаяла. Когда он писал против диктатуры КПСС, - это хорошо, но писать против экспансии жидов - нельзя, это Табу. Шафаревича обвинили в «антисемитизме». Позднее, в период так называемой горбачёвской гласности, в 1989 «Русофобия» была напечатана в СССР в журнале «Наш современник», в «Книжном обозрении» (1989, № 38). Сразу же в ответ со стороны жидов и жидовствующих пошло в печать яростное письмо протеста «демократов» против этой книги. Здесь внимание! 31 подписант. Кроме подписантов-жидов два известных русских академика - Дмитрий Лихачёв и Андрей Сахаров.
http://www.viperson.ru/wind.php?ID=212401&soch=1

Академик Лихачёва извинить можно. Он хоть честно объясняет. Он как-то сказал, когда его стыдили, что прогибается перед жидами: «А вы знаете, какая это сила сионизм». Его попросили жиды подписать и он не смел отказаться. Для Сахарова же вообще исследование русско-жидовского вопроса – это Табу, это «антисемитизм». Он даже не в состоянии понять и сказать, что «сионизм – это сила!» Это крупный дефект в голове академика Сахарова. Не согласен с академиком Шафаревичем, с его аргументами, напиши свой трактат на эту тему. А он не написал. Табу. Академик, а повёл себя - как туземец.

Но удивительно, в декабре 1991 Шафаревича всё же, как не тянули это дело, избрали академиком Российской Академии Наук. Жиды не помешали. Позор был не избрать. Шафаревич - иностранный член Национальной академии деи Линчеи (Италия), Германской академии естествоиспытателей «Леопольдина», Член Лондонского Королевского общества, Национальной академии наук США. Почетный доктор университета Париж XI (Орсэ).

В 1989 году Шафаревич опубликовал в журнале «Новый мир» (№ 7) статью «Две дороги — к одному обрыву». И путь России к коммунизму – ведет к обрыву. И путь России к «западной демократии» тоже ведет к обрыву. И путь человечества к коммунизму ведет к обрыву. И путь человечества по пути «западной демократии» ведёт к обрыву. Не очень ясно только, какой путь не ведёт к обрыву.

После выхода «Русофобии» (хотя книга вполне умеренная) и после высказываний против «западной демократии на Шафаревича, естественно, набросились жиды и жидовствующие в других странах. Больше всего жидов-русофобов и жидовствующих русофобов было, естественно, в США. 16 июля 1992 года Национальная академия наук США даже обратилась к академику Шафаревичу с просьбой покинуть её ряды, так как терпеть «антисемита» в составе академии было невозможно, а процедуры исключения из академии не существует. Подобной просьбы прежде не возникало за всю 129-летную историю данной академии. Совет Американского математического общества также выпустил специальное заявление, в котором выразил своё «осуждение антисемитских работ академика Шафаревича».

Академик Шафаревич, естественно, не очень переживал. Он продолжал думать о русском народе. Он написал ещё несколько полезных для русского народа книг по русско-жидовской теме и о будущем России: «Русофобия: десять лет спустя», «Россия и мировая катастрофа», «Духовные основы российского кризиса 20 века» (2001), «Трёхтысячелетняя загадка (История еврейства из перспективы современной России)», «Будущее России», 2005 год, «Русский народ в битве цивилизаций» (2011).


Академик Шафаревич в интервью корреспонденту «Московских новостей» (28.11.2000): «Я, может быть, крамольную вещь скажу: гражданская война - пусть страшный, пусть губительный, но признак жизни народа. Страшнее тихое вымирание народа, потеря им воли к жизни. Таким образом, гражданская война стоит на предпоследнем месте по страшности. Русский народ вымирает как какие-нибудь североамериканские индейцы: их всего полмиллиона осталось, а было их от двух до восьми миллионов - кто их там считал...»


Ответы Шафаревича на вопросы журналиста:

- Вам не кажется, что еврейский вопрос после Нюрнберга столь же непригоден для обсуждения, как кровосмешение и уничтожение стариков?

- Я бы с охотой принял вашу точку зрения, если бы то же самое было принято по отношению к русскому вопросу - ведь тоже события были, после которых можно было бы проявить к русским некоторую снисходительность, деликатность. Вспомните русских мужиков, которых переселяли в тайгу сотнями тысяч.

- Перефразируя слова Виктора Некрасова, сказанные у Бабьего Яра, русских крестьян переселяли и уничтожали не за то, что они русские.

- Да? Почему? Кто же это может знать? Я, например, не знаю. «Старая Русь повешена, мы ее палачи» - вот стихи послереволюционных поэтов вроде (жида) Безыменского. Я помню плакаты времен борьбы с кулачеством: на них не было ни одного татарского кулака.
http://www.viperson.ru/wind.php?ID=212401&soch=1

В 2007 Шафаревич подписался под Открытым Письмом к президенту Путину (подпись Шафаревича – первая в списке подписавшихся). Группа русских писателей просила президента Путину отменить статью 282 УК РФ, по которой передовую часть русского народа, противников геноцида и дискриминации русского народа хватали и судили как «разжигающих национальную ненависть». Путин не ответил, но, может быть, принял к сведению. Обращение было опубликовано в газете «ЗАВТРА», номер 49 (733) от 5 декабря 2007.
http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavt ... 4.html2007

Понятно, что жиды снова набросились на академика Шафаревича. В таком духе, как написал, например, жид Абрамсон И. Г. в статье «Шовинизм Шафаревича и Ко»: «Как ни прискорбно сие отмечать, возглавил список всемирно известный математик, академик Игор Ростиславович Шафаревич. Такое, увы, бывало: преданно служили гитлеровской Германии, разделяя и пропагандируя человеконенавистническую идеологию нацизма, крупный физик П. Иордан и некоторые другие учёные. Если не в истории науки, то в общественной истории своей страны они обесчестили свои имена».
http://www.alternativy.ru/ru/node/590

В телеящике ни одной программы о Шафаревиче.
Никаких дебатов об этой персоне.


– В вашей книге «Трёхтысячелетняя загадка» есть фраза: «Аккуратно, постепенно сделать Россию нерусской не удастся». Насколько в вас сильна эта убеждённость теперь, по прошествии многих лет. Ведь теперь стало ясно, какие мощные силы используются как инструменты дерусификации. В 90-е годы я бы с вами согласился, а сейчас…

Акаадемик Шафаревич: " А по-моему, нет – всё-таки сделать это не удаётся. Нас очень трудно изменить. Конечно, телевидение сегодня во многом антирусское. Очень многие программы, которые я смотрю, или просто русофобские, или с русофобским подтекстом. Для этого и захватывали телевидение".

http://www.stoletie.ru/obschestvo/igor_ ... sa_821.htm

Академику Шафаревичу, конечно, был закрыт доступ в Телещик.

Он умер 19 февраля 2017, но ДЕЛО его (Борьба против дискриминации русского народа. Борьба против деруссификации России) живёт.

Анатолий Глазунов
http://a-glazunov.livejournal.com/87204.html


Книги Шафаревича онлайн
Филалет. Памяти Игоря Шафаревича
http://www.apn.ru/index.php?newsid=36017


Константин Крылов


19 февраля 2017 г. на 94-м году жизни умер академик Игорь Ростиславович Шафаревич.

Прежде чем начать этот текст, я посетил несколько очень популярных политических порталов. Разумеется, об этом там не было ни слова. Хотя о любом сколько-нибудь известном человеке написали бы пару строк. Там же, где о его смерти сообщается, информация подаётся в таком виде, как в «Коммерсанте»:

УМЕР МАТЕМАТИК ИГОРЬ ШАФАРЕВИЧ

Российский математик, академик РАН Игорь Шафаревич умер в возрасте 93 лет. Об этом сообщает РЕН ТВсо ссылкой на друзей ученого.

Господин Шафаревич родился в 1923 году в Житомире, в 1940 году окончил механико-математический факультет МГУ. После защиты докторской диссертации в 1946 году он стал работать в Математическом институте имени В.А.Стеклова Основные труды ученого посвящены алгебре, теории чисел и алгебраической геометрии. Он известен не только как математик, но и как публицист, общественный деятель и автор работ, посвященных истории и общественным проблемам.


В этой заметочке примечательная каждая деталь. Например, вот это обращение - «господин Шафаревич». Даже советская власть, относящаяся к Шафаревичу как ко «второй головной боли после Сахарова», исправно именовала обоих их научными званиями. Потому что эти звания отнять нельзя. Если не хватает советского и российского – то напишите: «иностранный член Национальной академии деи Линчеи (Италия), германской академии естествоиспытателей «Леопольдина», член Лондонского Королевского общества, Национальной академии наук США, Американской академии искусств и наук, почётный доктор университета Париж XI». Вы же любите успех у иностранцев?

Или вот это – «основные труды учёного посвящены алгебре, теории чисел и алгебраической геометрии». Ахбудто? Ну ладно, в таком случае уж пишите о научных достижениях. За решение обратной задачи теории Галуа для разрешимых групп он получил Ленинскую премию 1959 года – хотя бы упомяните это.

Вас смущают слова «Ленинская премия»? Хорошо-хорошо. Тогда не надо умалчивать о диссидентской и правозащитной деятельности Шафаревича. О том, что он в 1955 году подписал письмо советских учёных в ЦК против лысенковщины, что он защищал Есенина-Вольпина и писал открытые письма в защиту Сахарова, печатался в сборниках у Солженицына и протестовал против его высылки. За что в 1975 был уволен из Университета. Это как, уже забыто? А вы говорили – «сии дела не умирают»?

Да-да-да, всё забыто. «Умер математик». Это тот максимум, который вы себе можете позволить. С приписочкой – «автор работ, посвященных истории и общественным проблемам».

В этом-то всё и дело.

Вам, господа, прекрасно известно, что «господин Шафаревич» написал, кроме математических работ и открытых писем, несколько книжек иного плана. От которых вас, господа, до сих пор корёжит.

«Для тех, кто всё пропустил» – напомним, о чём речь.

Последние сто лет в России правят люди, ненавидящие и презирающие русский народ. Эта ненависть и это презрение является необходимым – хотя и не достаточным - условием для пропуска в правящую элиту. Нет, даже не так – в любую элиту. Советские диссиденты ненавидели русских так же, как члены ЦК, советские учёные презирают всё русское так же, как и советские кагебисты.

Смена вывесок в 1991 году ничего не изменила: антирусский строй только укрепился и заматерел. Все, абсолютно все политические и общественные силы, какие только есть в России, сходятся на одном: русский народ изначально неполноценен, русские – недочеловеки, русские никогда не должны получить политических прав, они всегда должны служить другим народам, должны быть жесточайшим образом эксплуатируемы и влачить свой воз в веригах и узде железной. Для их же блага – и для блага всего остального мира, для которого русские представляют «опасность». Потому что они плохие, плохие, очень плохие, хуже всех.

Этот абсолютный антирусский расизм в России является нормой и так же воспринимается за её пределами. Вокруг этого сложился консенсус между всеми политическими, национальными и религиозными группами. Коммунисты и либералы, советские патриоты и «креативный класс», евразийцы и западники, атеисты и исламисты – все, все, абсолютно все проявляют в этом вопросе абсолютное единство. Как бы они не грызлись по другим поводам, русский вопрос их объединяет в монолит, в железную пяту, стоящую на русском горле.

И лишь единицы, совсем немногие люди осмеливались возвысить голос против этой необоримой, казалось бы, силы.

Одним из таких людей был Шафаревич. Который был одним из немногих открытых русских националистов, получивших мировую известность – большего добился только Солженицын.

Тут придётся остановиться и сделать одно грустное замечание.

Для любого человека из любого народа, кроме русского, бесконечная любовь к своему народу и бесконечное равнодушие к другим народам – аксиома, норма, признак психического здоровья.
Чтобы несколько сгладить это совершенно естественное свойство человеческой психики, в той же Европе приходится всячески насаждать «толерантность» и «мультикультурализм» - именно как что-то неестественное, навязанное извне.

Не то у русских. Русский не чувствует себя вправе любить свой народ - и не ждёт от него солидарности с собой. Всё это вытравлено из нас до бессознательного уровня.

Поэтому, как правило, в русские националисты идут не потому, что человека туда ведёт естественный голос крови, поддержка близких или какие-то политические планы. У нас ничего этого нет.

Мы привыкли к тому, что мы хуже всех, и смирились со своим страшным положением. Для того, чтобы подняться до уровня национализма – что дано любому нерусскому (англичанину, немцу, грузину, молдаванину или папусу) сразу, с молоком матери – русскому обычно приходится совершить долгий кружной путь, пройдя множество промежуточных ступеней.

Я знаю людей, которые сменили шесть или семь идеологий: были советскими патриотами, сталинистами, православными неофитами, монархистами, чёрт-те чем ещё, прежде чем пришли к национализму. Причём пришло меньшинство – большинство либо вообще не подступается к этому, либо ходят по этим чёртовым кругам, постоянно спотыкаясь то о Сталина, то об Ивана Грозного, то об Гитлера какого-нибудь с присущим ему Власовым… Печальное зрелище, унылое зрелище.

Шафаревич стал русским националистом тоже не сразу, но пройдя кратчайшим путём из всех возможных. Потому что определяющей чертой его внутренней жизни была любовь к истине. Греки называли это свойство «филалетией».

Внешне это проявляется в том, что человек не останавливается. Там, где останавливаются другие. Ему говорят – «сюда нельзя», а он спрашивает – «а почему нельзя, кто запретил». Ему усиленно намекают, что за некоторые вопросы бьют, а он – «а почему, я же только задаю вопрос». Ему дают понять, что мир велик, в нём много всякого хорошего, нельзя лишь ходить по одной-единственной кривой тропке. После чего он лезет именно туда.

Это не мои домыслы. Это я вынес из разговоров с Игорем Ростиславовичем.

Мы сидели и пили чай. Я уже практически записал интервью – оно вышло в первом номере «Вопросов Национализма» - и мы просто разговаривали. И я спросил, как это он, талантливый юноша, вообще начал интересоваться русской темой. Которой в советское время интересоваться было нежелательно.

Шафаревич подумал и сказал, что его родители летом снимали половину крестьянской избы в деревне Куроново. «Этой деревни больше нет, она затоплена» - добавил он. Водохранилище как раз тогда и строили. И вот он каждый день видел, как вели массу людей, охраняемых с собаками – и задавался вопросом, что это за люди и за что их так? На первый вопрос ему ответили – «раскулаченные». На второй – какое преступление совершили эти люди, что их так мучают – ему никто не ответил.

Другой человек понял бы, что по этой болотной тропе ходить не нужно. Шафаревич же с тех пор просто не мог об этом не думать. «Понимаете, Константин Анатольевич» - сказал он, - «у меня определённый склад ума. Я собираю факты, осмысливаю их и укладываю в концепцию. Если у меня что-то не складывается, мне это… мешает» - он покрутил пальцами в воздухе, и я понял, что слово «мешает» означает для него что-то почти физическое: что-то вроде мухи, которая назойливо жужжит и мешает жить. Всё должно быть понято, проанализировано и уложено на своё место.

«Кто эти люди и за что их так мучают» - этот вопрос стоял перед Шафаревичем очень долго. Пока не нашёлся ответ: эти люди – русские, и мучают их именно за то, что они русские. А тогда встал следующий вопрос – кто их мучает и почему?

Первый, самый очевидный ответ был – «официальная советская власть». Шафаревич отнёсся к этому ответу как честный человек: стал искать контакты с оппозицией и довольно быстро нашёл.

Первый его публицистический текст был написан для Сахарова и его организации (которая называлась «Комитет прав человека в СССР»). Текст касался положения религии в СССР – разумеется, с точки зрения незаконных запретов и преследований верующих. Тогда Шафаревич оставался «классическим» советским диссидентом.

Первая его статья – «Социализм» - вышла в солженицыновском сборнике «Из-под глыб». Потом она выросла в книгу «Социализм как явление мировой истории».

Вне зависимости от того, как оценивать её основной постулат – социализм как смертельная социальная болезнь, известная ещё с прадревних времён и поражающая совершенно разные социумы – книга вообще-то была прорывной. Хотя бы потому, что с такой точки зрения на социализм тогда не смотрел тогда никто.

При этом книга Шафаревича прошла незамеченной. Ни здесь, ни на Западе. Даже в СССР Шафаревичу за неё «не влетело» - до такой степени не хотелось привлекать к ней внимание.

Причина, меж тем, проста. Никто не отменял вышедший ещё в двадцатые негласный приказ Хозяев Дискурса: считать социализм очередным мерзостным русским изобретением. То, что идея была занесена в Россию из Германии в версии еврея Маркса, никого не смущала. Социализм есть проявление глубинной природы русских – и точка. То, что русские сами не написали «Манифест коммунистической партии», свидетельствует лишь об их глупости. «Интеллектуальное бесплодие русских так велико, что они никогда не смогли бы сами найти выражение собственной глубинной природы» - изящно написал по этому поводу величайший мыслитель Запада, Людвиг фон Мизес. То есть книга не вписалась в мировой русофобский мейнстрим.

Однако понимание проблемы пришло к Шафаревичу не с этой стороны. Находясь в среде диссидентов, которых он очень долго принимал за таких же, как он сам, филалетов, он стал всё чаще замечать двойные стандарты, разные мерки, прилагаемые им к разным явлениям, и так далее. Причём эти двойные мерки были всегда одни и те же и клонились всегда к одному и тому же.

Как сказал Шафаревич в том самом интервью – «Как только я обратил внимание на этот факт, я сразу принялся его анализировать. Тогда и проявилась черта, о которой я уже говорил: когда я живу в обществе, в котором есть некая тема, которая подается как необсуждаемая, мне очень интересно понять, почему и как это происходит.»

Люди истины всегда стараются не просто найти и выгодно подать факты, а найти концепцию, причинное объяснение. Для Шафаревича «шкатулкой» для фактов послужила теория французского историка Огюстена Кошена. Что оказалось интеллектуальной удачей, позволившей «Русофобии» резко выделиться среди обычных русских заплачек по несчастной нашей долюшке и стать «главной работой по теме».

Тут опять придётся отвлечься – ненадолго, разумеется.

Так называемый «марксизм» и особенно «русская революция» были сверхпреступлениями мирового уровня, спланированными и осуществлёнными тремя сверхдержавами – Британией, Францией и Германией. Это, кстати, открыто признал ни кто иной, как весьма информированный Владимир Ильич Ленин, в работе о «трёх источниках и трёх составных частях марксизма», к каковым он отнёс «немецкую классическую философию, английскую политическую экономию и французский утопический социализм».

Или, переводя на нормальный русский язык – французские идеи, английские деньги и немецкую пропаганду.

Идеи, однако, были именно французскими. Соответственно, кощеева игла пряталась именно во французской мысли того времени, причём не в мейнстримной, а в оппозиционно-консервативной. Именно французские консерваторы сказали и написали много такого, что может оказаться для нас крайне полезным[1].

Огюстен Кошен – очень даровитый, но, к сожалению, рано погибший[2] историк – исследовал причины Французской революции. И довольно быстро наткнулся на то, что никаких «экономических причин» к тому не было – то есть их было не больше, чем в других странах. Революцию провернула «интеллектуальная элита», поддерживаемая из-за границы.
До идеи британской инспирации Кошен не дошёл, а вот механику антинационального интеллектуального террора, возглавляемого «хозяевами дискурса», описал. Как и главный мотив этих хозяев: презрение и ненависть к собственной стране и народу, и цель – захват власти и разрушение государственности, строя жизни и духовного облика народа, его порабощение «идеям». Причём Кошен показал именно механизмы этого: как «малое стадо»[3]продвигалось к власти, как захватывало места в новых государственных органах, и что оно сделало с Францией, когда власть досталась ему.

Ценность «Русофобии», однако, состоит не только и даже не столько в этом. Академик провёл огромную работу по добыванию и сопоставлению фактов. Он сидел в библиотеках, отыскивая старые журналы, и выписывал из них цитаты. Он изучал биографии известных людей, проверяя и перепроверяя сведения. Этот накопленный и обработанный материал используется до сих пор: современные авторы, пишущие о русофобии, до сих пор приводят примеры, заимствованные из «Русофобии»[4].

В принципе, основной текст книги оставлял очень мало места для спекуляций. Но Игорь Ростиславович на этом не остановился и занялся вопросом, кто же именно составлял и составляет в России ядро «хозяев дискурса».

Выводы ставили под удар всё. Шафаревич, однако, не мог ни выбросить этих рассуждений, ни спрятать их за расплывчатыми формулировкам. Он был вынужден назвать евреев – а именно они уработали Россию – евреями. Что означало нарушение абсолютно всех и всяческих табу на мировом уровне, поскольку «антисемитизм» сейчас является главным и самым страшным мыслепреступлением, кара за которое следует немедленно.

Шафаревич был «изгнан из приличного общества» в мировом масштабе. Дело доходило до смешного: 16 июля 1992 года Национальная академия наук США[5]обратилась к Шафаревичу с требованием написать просьбу об исключении себя из Академии, так как официальной процедуры изгнания из её рядов не существует.

Причиной такого нетривиального обращения стал «антисемитизм Шафаревича».

Академик требованию не подчинился, назвав его «наглым и несправедливым». Опять же – не потому, что он так уж хотел остаться «американским академиком»: в 2003 он сам покинул ряды этой организации в знак протеста против войны в Ираке. Но вот «выгон за антисемитизм» он счёл оскорбительно несправедливым.

Я спрашивал Шафаревича, как он относится к евреям и считает ли себя антисемитом. Он ответил, что антисемитизмом считает клевету и диффамацию – то есть распространение лжи или умолчание о правде – а также практические действия против конкретных людей. «Об этом» - добавил он – «специально спрашивали моих учеников-евреев, и никто не сказал, что я относился к нему плохо из-за его происхождения». Более того, он же в своё время выступал против «ритуальных унижений» для евреев при приёме в ВУЗы, считая подобную практику отвратительной. На чём, я думаю, эту тему можно и закрыть.

Кроме «Русофобии», Шафаревич написал ещё несколько книг, самой известной из которых стали «Две дороги к одному обрыву», с критикой социализма и либерализма одновременно. Мне могут не нравиться некоторые пассажи из этих книг, но сам ход мысли, как минимум, заслуживает внимания.

И немного «по итогам жизни и творчества».

Игорь Ростиславович был на редкость цельной натурой. Его взгляды менялись только под тяжестью неопровержимых фактов. Он мог ошибаться[6], но это были логичные ошибки.

Я как-то спросил его, собирается ли он писать ещё что-то. Он сказал – «осталось кое-что дописать, я в других работах не всё проговорил». То есть – внести несколько уточняющих штрихов. Но всё, что он хотел сказать, он сказал. Его система взглядов – одна из самых законченных в истории русской мысли. К ней так и надо относиться – как к смысловому единству.

Поэтому так значимо то, что Шафаревич – уже в том возрасте, когда всё определено, взвешено и измерено – решительно и без колебаний поддержал новый русский национализм, то есть национально-демократические воззрения. Он вошёл в редсовет журнала «Вопросы национализма» и поддерживал нас как мог.

Что же касается именно «Русофобии», то это огромная интеллектуальная удача. Эта книга написана достаточно просто, чтобы её мог понять любой грамотный человек, и содержит достаточно сложную систему воззрений и оценок, чтобы применять их на практике и сейчас.
Введённый Шафаревичем аппарат – начиная с самого слова «русофобия» - сейчас полностью воспринят русским интеллектуальным сообществом. Без него просто невозможно представить себе современный русский национализм.

Я хорошо знаю русскую традицию национальной мысли, начиная с самаринских «Писем из Риги» и кончая современной литературой. Полку с этими книгами украшают такие авторы, как Меньшиков, Розанов… Достоевский, наконец.

И всё-таки, если подойти с этим сочинениям с меркой значимости для русского дела, я без колебаний поставил бы «Русофобию» на первое место.





[1] Весьма характерно, что и здесь компетентными инстанциями подстелена вонючая соломка: печально известный А.Г. Дугин уже приватизировал дискурс, в девяностые годы создав впечатление существования каких-то «консервативных европейцев, сочувствующих России» - например, выдумал или полувыдумал «великого мыслителя Жана Парвулеско» и ещё несколько «фигур». В результате о «европейской консервативной мысли» стало и говорить-то неприлично.

[2] В жутком сражении на Сомме в 1916 году. Его работы были изданы только после смерти, замалчивались, и были переизданы только в конце 1970-х.

[3] Кошен не использовал термин «малый народ» - это новшество Шафаревича.

[4] Для примера: я присутствовал на одном из первых массовых митингов «Памяти», на котором Васильев читал русофобские стихи комсомольского поэта двадцатых годов. Как я понял позже, он заимствовал их из текста Шафаревича.

[5]Существует с 3 марта 1863 года – то есть она была создана при Линкольне.

[6]Например, он оценивал как ошибку своё участие в ряде политических проектов девяностых годов.


Изображение



Оригинал взят у TOR85 в Филалет. Памяти Игоря Шафаревича

Оригинал взят у VOL_MAJYA в Филалет. Памяти Игоря Шафаревича
http://www.apn.ru/index.php?newsid=36017

« Что читать? Что смотреть? Книги и фильмы в кратком изложении

tumblr hit counter