Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952 • Узнай-правду! (com)
Список форумов Узнай правду! com
Здравствуй, друг! Тебе крупно повезло! Ты попал на сайт, который может изменить твоё представление о мире, если твой мозг еще функционирует. А может и не изменить, если ты - "долбоёб". Это не оскорбление, это жизнь, это статистика. Большинство читающих эти строки и есть самые натуральные . И с помощью этого сайта вы это ясно увидите. Не хочется? Тогда лучше сразу ползите отсюда подобру поздорову. Чтение этого форума может вызвать отрицательные эмоции. А.Райкин говорил:"Зритель хлопает не тому, что ты, артист, талантливый, а тому что ОН ,зритель, умный!". Здесь вы точно хлопать не будете потому, что в зеркале увидите .Осознание своего долбоёбизма, - это первый шаг, чтобы перестать быть мудаком.
Здесь просыпаются, протирают глаза, поднимаются с колен, сбрасывают цепи, расправляют крылья.

Вы впервые на этом форуме? Тогда зайдите сюда, узнаете о чем он.
Но Системе проснувшиеся не нужны, а нужны именно "долбоёбы", поэтому копируйте этот форум себе, пока его не зогбанили.
как скачать себе и зачем?    Зеркало для мобильных uznai-pravdu.com/m     Копия
Новые сообщения
* Вход   * Регистрация   * FAQ     * Поиск перевод он-лайн
 

Архив страницы: (com)

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 13 ]  На страницу 1, 2  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
«Человек против зубной боли»
Джордж Хэрд

Хорошая книга, но много воды и описания жизни автора.

Если кратко пересказать содержание книги, то основные проблемы с зубами у людей из-за недостаточного содержания полезных веществ в пище. Чтобы иметь хорошие зубы необходимо питаться цельными продуктами, а не рафинированными. Также автор рекомендует пить молоко, но только в сыром виде

Скачать данную книжку можно здесь http://zarubezhom.com/ManVersusToothache.pdf


Расширенная аннотация:

Город без зубной боли

В 1942 году город Херефорд в штате Техас стал известен как «город без зубной боли» благодаря новаторской работе врача-стоматолога Джорджа Херда, автора книги «Человек против зубной боли». Вот как доктор Херд объясняет тайну этого города:

Цитата:
После того как переселенец проживет в Херефорде несколько лет, и при условии, что он выпивает много сырого цельного молока, у него вырабатывается устойчивость к разрушению зубов. Даже тот кариес, который у него уже был до переезда, покроется слоем здоровой зубной ткани, если он пил сырое молоко.

Многие годы я расспрашивал своих пациентов об употреблении ими молока. Я обнаружил, что в большинстве случаев обладатели крепких зубов с раннего детства регулярно пили молоко. К удивлению, большое количество людей любили пахту, простоквашу, или и то и другое. Важен тот факт, что молоко, потребляемое пациентами, было получено от коров, которые паслись на траве в округе Дэф Смит. Зимой коровы, как правило, паслись на зеленой пшенице.

Мои коллеги-стоматологи выслушали меня с почтительным вниманием. Один из врачей, доктор Янг, заметил: «Если бы все наши пациенты следовали идеям доктора Херда, мы бы и вовсе остались без пациентов».


Не хватает слов, чтобы объяснить высочайшую ценность сырого молока во всех его формах, если оно получено от коров, питающихся свежей травой. Высококачественное сырое молоко самым значительным образом улучшит как здоровье и общее состояние вас и ваших детей. Молоко очень богато кальцием и фосфором, которые, как мы уже знаем, необходимы нам для крепких зубов и костей. Четыре стакана (один литр) молока дают один грамм кальция и один грамм фосфора в день. Это значительная часть вашей ежедневной потребности в минералах, которые нужны для здоровых зубов и костей. Жирная часть молока, сливки, содержит небольшие количества ценных жирорастворимых витаминов А и D, а также витамин С. Когда коровы пасутся на свежей зеленой траве, быстро растущей после дождя, в молоке будет умеренное количество Активатора X, укрепляющего костную ткань. Следует отметить, что почвы округа Дэф Смит в Техасе чрезвычайно богаты фосфором.

Годы наблюдений, проведенные доктором Хердом, показывают, что люди, ежедневно выпивающие 1 литр (4 стакана) отличного молока, становятся неуязвимыми к кариесу. Он также советовал употреблять часть молока в виде пахты, простокваши, творога, кефира или йогурта. Некоторые древние тексты аюрведы (традиционной медицины Индии), которым более 2000 лет, описывают использование молока, именно сырого молока коров, пасущихся на свежей траве, в качестве лекарства от сотен болезней. Пахта считалась особо целебной для организма. Естественно, это была непастеризованная пахта, прошедшая кисломолочное брожение, поскольку все молоко подвергалось процессу кисломолочного брожения (холодильник еще не был изобретен). Лечебная сила молока заключается в том, что оно насыщено питательными веществами и легко усваивается нашим организмом.

До недавнего изобретения холодильников молоко выпивали или сразу после дойки, то есть парное, или давали ему скиснуть естественным путем, и тогда оно превращалось в сыр или йогурт. Пробиотики крайне необходимы для нашего здоровья и хорошего пищеварения. Различные формы сквашенного молока являются отличным источником бактерий, которые обладают свойством обезвреживать ядовитые вещества, а также вырабатывать некоторые витамины. Для крепких зубов важно не только хорошее питание, но и хорошее усвоение пищи. Питательные вещества усваиваются организмом при потреблении продуктов, богатых живыми пробиотиками. Помимо широкого спектра бактерий-пробиотиков, различные виды кисломолочных продуктов, включая йогурт, содержат легко усваиваемые формы кальция. Сквашенное молоко также содержит меньшее количество молочного сахара, известного как лактоза. Заключение доктора Херда о том, что люди, чьи зубы устойчивы к кариесу, потребляют значительное количество кисломолочных продуктов, раскрывает очень важный, но малоизвестный способ развития иммунитета к разрушению зубов.


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
 Заголовок сообщения: Re: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
ЧЕЛОВЕК ПРОТИВ ЗУБНОЙ БОЛИ
доктор Джордж В. Хэрд
Copyright 1952 - Dr. George W. Heard, Hereford, Texas Published by
Lee Foundation for Nutritional Research Milwaukee, Wisconsin Printed in the USA

#От переводчика#

Здравствуйте, друзья!
Вашему вниманию предлагается книга одного замечательного человека, жившего в прошлом столетии – врача-стоматолога. Он обнаружил несколько мест, где люди были свободны от каких-либо заболеваний зубов и попытался проанализировать причины этого феномена.
Эта книга – целое жизнеописание, наполненное неординарными мыслями. Хотя некоторые моменты довольно наивны и затянуты, я нахожу ее очень интересной.
После этой книги врядле захочется идти старым путем, а для нового необходима совершенно иная картина мира, построенная на принципах целостности, равновесия, самообразования, наблюдения. Возможно, Вам захочется больше узнать о человеческом теле с точки зрения натуропатов, адептов голодания, врачей РДТ (разгрузочно-диетической терапии), сыроедов, вегетарианцев, йогов, спортсменов и прочих людей, ведущих ЗОЖ(здоровый образ жизни). С этой целью предлагаю Вам прочесть указанную ниже литературу.
«Целебная система бесслизистой диеты» Арнольд Эрет
http://zarubezhom.com/AEhret.htm
http://www.koob.ru/ehret/mucusless_diet
http://golodanie.su/forum//downloads.php?do=file&id=153
«Жизненно важные вопросы» Арнольд Эрет
http://zarubezhom.com/Erhet49.pdf
«Сбор трав для каждой женщины» Джон Кристофер
http://zarubezhom.com/Christopher.htm
http://golodanie.su/forum//downloads.php?do=file&id=225
«Самолечение травами на дому» Джон Кристофер
http://zarubezhom.com/Christopher.htm
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=236
«Информационные бюллетени, том 1» Джон Кристофер
http://zarubezhom.com/Christopher1.htm
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=250
«Информационные бюллетени, том 2» Джон Кристофер
http://zarubezhom.com/Christopher2.htm
http://golodanie.su/forum//downloads.php?do=file&id=252
«Информационные бюллетени, том 3» Джон Кристофер
http://zarubezhom.com/Christopher3.htm
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=263
«Информационные бюллетени, том 4» Джон Кристофер
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=271
http://zarubezhom.com/Christopher4.htm
«Информационные бюллетени, тома 5,6,7» Джон Кристофер
http://golodanie.su/forum//downloads.php?do=file&id=277
http://zarubezhom.com/Christopher567.htm
«Как вернуться к жизни» проф. А.П.Столешников
http://zarubezhom.com/Stoleshnikov.htm
«Чем наполнить организм?» проф. А.П.Столешников
http://zarubezhom.com/Stoleshnikov2.htm
«Физиологические основы лечения Баней болезненных состояний» проф. А.П.Столешников
http://zarubezhom.com/BANYA.htm
«Как жить 100 Лет, или беседы о трезвой жизни» Луиджи Корнаро
http://zarubezhom.com/Kornaro.htm
«Неизлечимых болезней нет» Ричард Шульце
http://zarubezhom.com/Schultze30.pdf
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=280
«Здоровье и лечение с помощью здравого смысла» Ричард Шульце
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=288
http://golodanie.su/forum/downloads.php?do=file&id=292
http://www.zarubezhom.com/Schultze20steps.pdf
Цикл видеолекций доктора Шульце «Спаси свою жизнь»
https://vimeo.com/user18267912/videos/s ... :thumbnail
Все эти книги и видео представлены на русском языке благодаря энтузиазму отдельных переводчиков-аматоров, дабы содействовать проникновению полезной и жизненно важной информации в умы людей, не знающих английский язык. Книги можно взять на сайтах http://fito.tk/ ; http://zarubezhom.com/ ; http://golodanie.su/forum//index.php
Конкретно эта книга, как и практически все, переведенные мной, появилась благодаря поддержке замечательного неравнодушного человека из Америки.
Также хочу поблагодарить человека, работающего под псевдонимом «проф. А.П.Столешников» - именно он своими трудами познакомил меня с голоданием, питанием, траволечением, а его Кафедра научной иверологии дает много пищи для размышлений.
Всего доброго!
Удачи на пути здоровья!
E-mail для пожеланий и предложений: justmypostbox(зверушка)gmail.com


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
 Заголовок сообщения: Re: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
ВВЕДЕНИЕ
Все стоящие знания, которые находятся во владении цивилизованного человека, начинались с того, что называют "чутьем", "догадкой". Наблюдение за серией очевидно связанных происшествий вынуждало человека удивляться, строить предположеня и искать дополнительные материалы в поддержку этого все растущего предположения.
Эта книга - это отчет такого процесса, который привел автора, доктора Херда, к тому, что он чувствует, что может предложить свои рассуждения читателям. И если они будут приведены в жизнь, то это откроет путь к более здоровому удовольствию от жизни, и облегчит физические и умственные страдания. Потеряв свое собственное здоровье, автор, движимый одной лишь силой воли - силой духа, кропотливо выполнять такие самоналоженные ограничения в диете и жизненных привычках, которые, казалось, помогли в восстановлении его здоровья - получил не только здоровье, но и новый взгляд на жизнь. Его идеи должны быть изучены всеми, кто страдает от непродуманных и опрометчивых привычек - от тех привычек, которые могут быть исправлены только индивидуальной практикой самоконтроля - такого контроля, который не может быть навязан другим человеком извне. Короче говоря, это - собственные усилия человека по самодисциплине, которые, в перспективе, принесут ему же много хорошего.
Когда я впервые прочитал эту работу, то был того мнения, что все личные рассуждения и биографические отступления должны быть удалены - что книга должна быть ограничена лишь вытяжками наблюдений и выводов. Но на втором прочтении я увидел, что именно эти очень личные заметки добавляли очарование и интерес: было видно, что здесь описан труд всей жизни человека.
Простой отчет наблюдений и заключений автора, сделанных в течении его жизни, напечатанный в книге, не был бы так широко читаем и не оказался бы настолько ценным многим потенциальным читателям.
Я лично благодарен автору за то, что он так ясно и кратко записал правила счастливой и полезной жизни. Я полагаю, что многие читатели возьмут из этой книги полезные предложения, которые будут иметь для них огромную ценность в их собственных поисках счастливой, наполненной смыслом жизни.
C. A. Pierle. Canyon, Texas. September, 1951.
ИСТОРИЯ ДОКТОРА ХЭРДА
ГОРОД БЕЗ ЗУБНОЙ БОЛИ
доктор Джордж В. Херд
ПРЕДИСЛОВИЕ
Так как мое открытие создало международную сенсацию, когда доктор Эдвард Тэйлор из Остина объявил его дантистам приблизительно 10 лет назад, то относительно публикации "Город без зубной боли" были написаны и изданы бесчисленные миллионы слов.
За исключением нескольких случайных статей в профессиональных журналах и журналах о питании, ничего из того обширного потока информации (из которого лишь некоторая была научной, но гораздо большее количество - исключительно спекулятивной и недоказанной) не вышло из-под моего пера.
Все же, я начал писать более 20 лет назад, и какой-то внутренний порыв поддерживал меня с тех пор, продолжать это занятие. Я вел учет фактов, установленных моими систематическими
расследованиями причин и профилактики разрушения зубов. Также, я подробно записал свои выводы и заключения, исходящие из тех фактов. Но больше слов я посвятил своим рассуждениям - мыслям, которые приходили мне, часто посереди ночи - о природе вещей, о подарках Создателя человеку, и о том испытании, перед которым стоит каждый человек - мудро использовать эти подарки. Неизменно я испытывал необходимость перенести эти мысли на бумагу.
Со временем я написал и накопил достаточно рукописей, чтобы заполнить несколько томов. Тем не менее мысли продолжают мне приходить, и я продолжаю их записывать. Я, возможно, не чувствовал достаточно сильной необходимости издавать мои записи. Однако, после того как произошел этот фурор, я почувствовал обязательства перед общественностью: рассказать ей своими собственными словами, и с моей точки зрения то, что я обнаружил о профилактике разрушения зуба, и то, что результаты моих исследований могли бы значить для поколения, которое их примет и воплотит в жизнь. На этих страницах я попытался построить эту историю для среднего читателя. Он, я верю, заинтересован в обладании здорового зуба в здоровом теле - для себя, но, особенно - для своих детей. В этом довольно отрывочном отчете моей жизни и профессиональной карьеры, и еще более отрывочном анализе моих теорий, я искренне надеюсь, что рассказал читателю достаточно, чтобы пробудить его любопытство - чтобы он исследовал дальше и обнаружил для себя, какие чудеса для тела может создать правильный вид диеты, соблюдаемый день за днём, год за годом - и это будет работать для него самого и его семьи. Если эта книга направит читателя на праведный путь к здоровому телу через надлежащую диету и хорошие привычки здоровья (к этому, естественно, можно отнести и здоровые зубы) - то цель написания мной этой книги будет выполнена.
За историю, так, как я ее рассказал, я очень обязан доктору Эдварду Тэйлору (Dr. Edward Taylor), директору стоматологического отделения Отдела здравоохранения штата Техас. Если бы не исключительный доброжелательный интерес доктора Тэйлора к моим открытиям, и его двухлетние научные исследования Херефордских школьников, чтобы доказать эти открытия, то мир бы не услышал о "Городе без зубной боли."
Аналогично, я многим обязан доктору К. A. Пиерлу (Dr. C. A. Pierle), химику-исследователю в Западном техасском государственном колледже, город Каньон, который установил меня на правильный след своим советом: "Наблюдайте за теми, кто пьет молоко." Во время моих длинных поисков фактов иммунитета к разрушению зуба, его мудрый овет помог мне во многих трудных моментах.
Также, я нашел ценные и правдивые научные указания в руководстве доктора Уэстона А. Прайса "Питание и физическая дегенерация." (Dr. Weston A. Price "Nutrition and Physical Degeneration") В течение нескольких лет его автор был моим другом и консультантом.
Кроме того, я нашел поддержку своим теориям относительно важности биологически значимых элементов (микро- и макроэлементы; прим.пер.) для построения здорового тела и здоровых зубов - в опубликованных отчетах Арнольда П. Йеркеса (Arnold P. Yerkes), директора по научно-исследовательской работе фирмы International Harvester, Чикаго; и в лице доктора Артура Дж. Миттелдорф, физика из Armour Research Foundation, Чикаго - чьи заключения я процитировал. Полный спектографический анализ пшеницы из округа Дэф-Смит, проведенный в лабораториях Twining Laboratories, Фресно, Калифорния, также оказал моим теориям ценную поддержку.
Также выражаю благодарность горожанам Херефорда, чьи фотографии опубликованы в этом томе. Они согласились выступить в качестве живой иллюстрации "Города без зубной боли."
Моему другу, г-ну Остину Тимсу, автору редакционных статей газеты San Antonio Express, который переработал тома моих записей, отобрал материал, пригодный для этого рассказа, и
перевел мою профессиональную речь на простой нормальный язык, понятный массовому читателю.
Все эти друзья и помощники внесли свою лепту в процесс создания этой книги; но ее ошибки и недостатки - мои собственные. Я приложил к этому все усилия, но я не настаиваю на "научности" этой работы; я выдал факты такими, как я их вижу.

(Подписанно) Geo. W. Heard. Сентябрь 1951. Херефорд, Техас.


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
 Заголовок сообщения: Re: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
ЧАСТЬ 1.
В КОТОРОЙ Я ПОЛУЧАЮ ОПОРУ

ГЛАВА 1.
Я РАСТУ НА АЛАБАМСКОЙ ФЕРМЕ


Мир, в котором я родился, был все еще "страной пионеров". Он не очень-то изменился со времени Вашингтона и Джефферсона. Это были задворки. К ближайшему городу с железной дорогой нужно было два дня добираться на повозке, по вьющейся дороге из красной глины.
Когда я появился на свет, мой родной штат - Алабама - все еще качался от ударов разрушительной войны, его хлопковая промышленность была в сильнейшем упадке, бизнес - в беспорядке, в то время как в Капитолии всем управляли переселенцы с севера.
За исключением разговоров, которые этот факт создавал среди людей, когда они собрались в церкви, или на танцах и гуляниях, это тревожное положение дел, людей округа Таллапуса не касалось. Жизнь там продолжалась так же, как и прежде. Добрые пашни, пастбища и леса давали людям хлеб и мясо, домотканую одежду и дома из сруба точно также, как они кормили, одевали и защищали до этого их отцов и дедов.
Я родился там (21 октября 1867 года) - сын Уильяма Ф. и Зиллы Херд. Я пришел в семью семи мальчиков и шести девочек. Мои отец и мать были сильны и здоровы. Оба прожили больше 90 лет.
В 1870 мой отец купил ферму в 260 акров в округе Клэй, где я и рос. Пока все 13 детей не выросли и уехали из дома, эта ферма кормила и одевала семью Хердов, и за это время в семье произошло всего 3 смертельных случая. Мои родители были баптисты старой школы. Отец всегда держал свое слово и никогда не влезал в долги за что-либо. Все, в чем он нуждался, мы делали на ферме сами, обходились без посторонней помощи, кроме, разве что, когда нужно было достать топора или мотыгу. Земля кормила нас, и мы жили как короли. В течение, приблизительно, девяти месяцев в году, большой сад давал зеленую горчицу, английский горох, фасоль, репу, белокачанную и листовую капусту. Клочок земли под сладкий картофель давал хороший урожай, которого хватало на всю зиму. Лето было временем арбузов. Осень была золотым сезоном, когда зрели сорго, дикий виноград, мускатный орех, финики, азимина и каштаны. Нужно было много, чтобы прокормить 13 голодных ртов, но я не могу припомнить то время, когда наш кухонный стол не был бы завален хорошими вкусностями.
Нашу одежду моя мать и ее помощница чесали из шерсти, которую состригали с наших собственных овец; они пряли шерсть в пряжу на нашей собственной прялке; затем ткали на нашем ткацком станке пряжу в различные домотканные ткани или джинс.
На ферме Хердов всегда было много лошадей, мулов, дойных коров, быков, овец и боровов, курей и гусей. Всегда было много молодняка, и каждый год мы могли продавать излишки.
Когда я был мальчиком, я практически весь год ходил босиком и мне это нравилось. Но мне никогда не нравилась идея носить длинную рубашку (похожую на девчачье платье) без штанов. В те дни, чтобы иметь возможность носить штаны, нужно было быть уже большим мальчиком.
Жизнь была для меня почти прекрасна, когда я, в конце концов, дорос до штанов, за исключением того, что моя мать позволяла мне носить этот драгоценный предмет одежды, сделать который было очень трудно, всего только час или два в день. Одажды, и я это помню очень ярко, настало время, когда я должен был переодеться обратно в длинную рубашку, но я спрятался и меня нигде не могли найти. Наконец старшая сестра меня обнаружила - настолько далеко под полом дома, настколько я только мог заползти. Мама позвала с поля брата Тома, чтобы меня достать. Когда Том ко мне добрался, я спросил: "В чем дело, Том? Что мама хочет с тебя также стянуть штаны?"
До 70 лет мой отец ставил свою подпись в виде крестика. И все же, он был образованным человеком, обученным в школе жизни. Он придерживался его сам, и преподавал нам, мальчикам, девиз, как у Дэвида Крокетта: "Всегда будьте уверены в том, что вы правы, затем принимайте свою точку зрения, и, независимо от обстоятельств, придерживайтесь ее."
Мой отец не был набожным человеком. За все мои 20 лет на домашней ферме, он ходил в воскресную школу только несколько раз. Каждое лето после того, как были собраны зерновые культуры, двери дома Хердов широко открывались, и он превращался в лагерь для трехдневной встречи баптистов.
Тогда к каждому дереву в большой дубраве вокруг дома были привязаны лошадь или мул, или несколько волов. Хор ржания и рева смешивался с мычанием волов. Я ярко помню встречи баптистов старой школы - побуждения проповедника; поющие и кричащие люди; а в день омовения ног - суета кающихся грешников у скамьи скорбящего. Также, я могу вспомнить дядю Джейка Джипсона, в его фургоне, запряженном быком, на его пути проповедовать в одну из церквей.
Хотя он сам был неграмотный, мой отец хотел, чтобы его дети получили книжные знания. Каждое лето до времени сбора хлопка, или приблизительно на два месяца, он посылал нас в частную школу. Я отчетливо помню свой первый день в школе. У нас был один учебник, "Blue Back Speller". Учитель говорил, чтобы мы записали по буквам слова 'cat', 'dog' и 'ran'.
Каждое утро мы, дети, вставали до рассвета, чтобы пройти три мили к зданию школы. Это была переделанная бревенчатая хижина с широким камином в одном конце и двумя маленькими окнами без рам в каждой стене, чтобы впустить дневной свет. В качестве скамей у нас были расколотые сосновые бревна с крепкими ножками. Когда солнце садилось, мы снова тащились домой.
В течение дня учитель тренировал нас в правописании, чтении, сочинении и арифметике. В полдень у нас был долгий перерыв, когда мы могли играть в различные детские игры.
Следующим летом у нас был уже другой учитель, но который преподавал нам эти же предметы снова и снова. Я действительно сумел несколько продвинуться в спеллере - до слова 'непонятность' (incomprehensibility). Я справлялся с этим так хорошо, что мог не посещать школу днем по пятницам. Я также имел успех в чтении.
Лучшим учителем, который когда-либо к нам приезжал, был старый Билл Дженкинс. Он был известен как безобидный алкоголик, но когда я был во втором классе чтения, он научил нас, как читать вслух таким образом, который я никогда не забуду - сколько времени делать паузу при запятой, точке с запятой и точке, как делать возрастающую интонацию для вопроса и как просматривать поэзию. Я могу вспомнить, что отходил в зимнюю школу только два срока. Я окончил школу в 17 лет и не возвращался в нее до 23. Примерно в то время, когдя я выпускался из школы, кто-то начал собирать деньги на новое здание школы. Мой отец дал тогда самое большое пожертвование, на то время - кругленькую сумму в сорок долларов.
Когда я был маленьким мальчиком, я развил в себе любопытство относительно окружающего мира. Что держит его в целостном состоянии и приводит в движение? И теперь, на моем 84-ом году жизни, у меня то же самое любопытство. Дома, на ферме, когда у моего отца была особенно утомительная работа для своих сыновей, он им всегда говорил: "Не берите
с собой Джорджа. Он будет задавать столь много вопросов, что вы никогда ничего не сделаете!"
Пока я не вырос, домашняя ферма была единственным миром, который я знал. Возможно, осенью, и то - через раз, я ехал со своим отцом на рынок в Талладегу - за 25 миль от нас, куда он вез груз хлопка. Это были трехдневные поездки - один день мы добирались в повозке, движимой мулами, один день в городе и один день пути назад домой с купленными вещами. В нашем доме это был незабываемый день, когда мы купили нашу первую медную лампу, а мама получила свою первую кухонную плиту. Когда я несколько лет назад посетил в Маунт-Верноне (Вирджиния) дом Вашингтона, то кухонная плита напомнила мне о маминых кухонных принадлежностяъ, когда я был мальчиком. Цепи, на которых были натянуты горшки, чтобы приготовить обед для фермера Вашингтона, все еще там висели. Ферма Хердов была более ровная, чем это принято для Алабамских нагорий, но всеравно - скалистая и полная пней. Мы выращивали хлопок, главным образом, с помощью различных видов плуга. Бурьян, сорняки, колючие кустарники и кусты росли очень быстро. Почва была тонкой и бедной. Требовалось несколько акров, чтобы произвести одну кипу ваты. Как любой растущий мальчик, я много мечтал о большом мире снаружи. Я хотел творить великие дела, но у меня были только смутные представления относительно того, что мне делать со своей жизнью. Однажды, когда мой старший брат и я обрабатывали мотыгой особенно тяжелый участок, я внезапно сказал ему: "Файетт, я никогда, никогда не создавал бы свой дом в подобной местности." Но, не зная, что еще мне делать, я остался там еще на 10 лет.

ГЛАВА 2.
Я НАЧИНАЮ СВОЙ ПУТЬ


Когда мне было 19 лет и дело шло к 20-ти, я внезапно решил навестить своего брата Файетта, который жил в Бэлейтоне, округ Куллман, приблизительно в 100 милях к северу от нашей старой фермы. В течение нескольких лет я вынашивал тягу к самосовершенствованию. Теперь мою голову посетила мысль, что мой старший брат, у которого были семья и собственная ферма, мог бы помочь мне с началом. Во всяком случае, я мог оставаться в его доме, пока не найду себе работу.
2 января 1887 года, перед рассветом, я уехал из дома и сел на поезд, направляющийся в Талладегу. Младший брат доставил меня к зданию ж\д вокзала, находящемуся в 25 милях от дома, с помощью телеги. Когда я сидел в приемной, то впервые в моей жизни услышал как зазвоил телефон. Зачарованный, я наблюдал как станционный служащий говорил в коробку на стене: "Номер 10, отправляется на север, вовремя."
Для моей первой поездки в мир, у меня было всего четырнадцать долларов, которые мне принесла работа с хлопком. Но отец, когда пришел, чтобы со мной попрощаться, сунул мне в руку пятидолларовую банкноту. После этого ко мне подошла мама и сказала мне: "Джордж, я хочу получать от тебя известия, и я хочу всегда слышать хорошие новости." Я никогда, и по сей день, не забывал и не терял из виду эти слова. Пока она жила, я помнил одну цель: строить мою жизнь так, чтобы можно было делиться с матерью хорошими новостями.
Таким образом, я уезжал из дома в зимний рассвет, одетый в обтягивающий плащь и штаны, которые мама сделала для меня из домотканых джинсов. Я был обут в тяжелые, грубые башмаки, их подошвы были прошиты по периметру гвоздями. Я тащил тяжелый картонный ранец, в котором лежало все мое имущество. Никогда прежде в своей жизни я не ездил на поезде. А автомобили, казалось, просто скользили вперед, как будто ехали по воздуху. Весь тот день я наблюдал, как мимо окна поезда проносился загородный пейзаж: коричневые поля, рогатый скот и фермы, но, главным образом - сосновые леса. Поезд добрался до Куллмана в 2
часа утра. Я нашел гостиничный номер за двадцать пять центов. Следующим утром перед рассветом ко мне подошел конюх. "Куда тебе нужно, дружище?" - спросил он меня. "Сколько это будет стоить, доставить меня в дом Файетта Херда в восемнадцати милях отсюда на пути к Бэлейтону?"
"Это будет стоить тебе полтора доллара."
"Я думаю, что сам за день смогу пройти 18 миль", - ответил я ему. "И полтора доллара будут хорошей зарплатой за этот труд." Так что, я позавтракал и пошел по большой дороге в Балейтон, обнимая свой чемодан. После прожитых 60 лет, та 18-мильная прогулка в январский день, кажется мне одной из самых трудных работ, которые я когда-либо делал. Я шел по узкой, ветренной, белой, песчаной дороге по ямам и, главным образом, сквозь незаселенную местность, где росли маленькие дубы и высокие сосны. За целый день я встретился только лишь с одним попутчиком по имени Энди Кэш. Я сел у дороги, чтобы поесть сыра и крекеров, которые я купил на обед. Я никогда до этого прежде не пробовал сыра и крекеров. Для усталого и голодного мальчика они были похожи на пищу для короля. Когда я там сидел, мимо проезжал человек на черном муле, по направлению - тоже в Куллман.
"Куда направляетесь, молодой человек?" - спросил он меня.
"Я иду к дому Файетта Херда," - сказал я ему. "Это мой брат." "Хех, я знаю Файетта Херда. Это мой сосед. Тебе еще долго идти, сынок."
Я тащился вперед с ранцем, который со временем становился все более тяжелым. Было уже давно темно, прежде, чем я достиг дома брата Файетта. Несколько дней спустя пришел тот наездник мула, и нанял меня за 10$ в месяц плюс питание. Моя новая работа состояла в помощи на зерновом заводе, хлопковом волокноотделителе и на лесопилке. Между этими занятиями я делал на ферме общую работу. Мой день начинался в 4 часа утра. Я должен был колоть дрова и носить воду, чтобы котел в бойлерной работал до темна. В 8 часов я закрывал завод и тащился домой на ужин, уставший до смерти. Но этот жесткий график длился только до тех пор, пока был хлопковый сезон, и шла робота по отделению волокон. Главным образом, на ферме моя работа была полегче, но на всем протяжении года были дни, когда мы бежали на лесопилку пилить древесину, или молоть кукурузу.

ГЛАВА 3.
В КОТОРОЙ Я "ВРЫВАЮСЬ" В ОБЩЕСТВО


Как я скоро узнал, в том районе, где я работал, жили дружелюбные люди. В социальном отношении, они приняли нанятого работника как равного себе. Там, где все работали руками, человек ценился по тому, кем он был, а не по тому, чем он зарабатывал на жизнь. Рядом была церковь рядом, и я получил приглашение в воскресную школу. Прежде, чем я пошел, мой работодатель взял меня с собой в город, и я купил в магазине готового платья свой первый костюм. Так что я почувствовал себя одетым и важным. Сначала, я был ужасно робким; но когда я познакомился с молодыми людьми, до нашел в себе достаточно храбрости, чтобы с ними петь в хоре.
За все мои 20 лет, я никогда не встречался с девушкой. Но в церкви мне на глаза попалась одна прекрасно выглядящая мисс, приблизительно 18 лет, с легкими каштановыми волосами и сверкающими карими глазами, пухленькая, румяная и с красивым зонтиком. Я задавался вопросом, почему она всегда до сих пор садилась в воскресной школе сзади ее семьи. Однажды в воскресенье после обеда, одетый в свой нарядный новый костюм, я праздно вырезал узор на коре гигантской сосны, стоявшей у дороги. Внезапно, та самая молодая мисс, ее звали Ида Оглетри, подошла ко мне. Я с ней не заговорил, не проронил ни слова. Она остановилась и спросила меня, что это я такое вырезал.
"Да так, ничего", - ответил я застенчиво.
Мой новый костюм сделал меня неожиданно смелым. Сперва я спросил Иду, почему она всегда опаздывала в воскресную школу. После этого я обнаружил, что Ида знала все о моем к ней интересе.
"По воскресеньям моя очередь все дома мыть, чистить и поддерживат порядок", - объяснила она. "Я думала, что, возможно, ты когда-нибудь проводишь меня после воскресной школы домой, и я не хотела, чтобы ты пришел и увидел беспорядок."
К моему большому удивлению, я пробубнил:
"Ну, так давай пойдем прямо сейчас и посмотрим какая ты домохозяйка."
После того приятного визита, я регулярно ходил с Идой на все собрания молодых людей, которые только были в этом городе. Я полюбил окружающее меня общество и наслаждался жизнью, как никогда прежде. Когда я много позже, в мае 1949, снова посетил Алабаму, то узнал от доктора Оглетри, коллеги-дантиста, что его сестра, Ида, теперь - прабабушка, живет в г. Таскалусе, Алабама. Моя работа на ферме не была слишком трудна, но вскоре мои старое недовольство и тяга к саморазвитию, начали меня убеждать искать более зеленые пастбища. Я слышал, как мои мать и дядя много говорили о судье Т. А. Стрите, который управлял большой фермой на берегу реки Теннесси в округе Маршал. Судья Стрит был троюродным братом моей матери. Перед гражданской войной он имел рабов и управлял большой хлопковой плантацией. Таким образом, я решал посетить судью Стрита в городе Бирдс Блафф.
В августе зерновые культуры отошли, и работа на ферме была легка. Однажды я подсел попутчиком к соседу, который ехал на своем фургоне в Гюнтерсвилль. Оттуда до дома судьи Стрита в Бирдс Блафф было всего три мили. Я добрался туда после обеда - разгоряченный, усталый и голодный. Его семья никогда обо мне не слышала, но они знали брата моей матери, его семью. По этому они приняли меня любезно и даже угостили обедом. В ту ночь я остановился у них и на следующее утро поехал с судьей Стритом в город. Во время этой поездки мы заключили сделку. Я должен был после Нового Года, 1 января 1888, управлять его фермой. В Гюнтерсвилле я похел с другим соседом, которому было по пути, обратно в дом Энди Кэша. Так что, той ночью я вернулся на старую работу, ликуя перспективам начала новой жизни в новом году.

ГЛАВА 4.
Я ПРИОБРЕТАЮ ГОЛОД К ЗНАНИЯМ


В последний день декабря 1887 я пришел в дом к Стриту, чтобы начать с нового года у него работать. С того момента, как мы последний раз с ним в августе встречались, я даже не думал о том, чтобы ему написать письмо. В то время у меня было мало опыта и никакой социальной тренировки. Но, как мы и договаривались, меня ждало рабочее место.
Это был первый ответственный пост, который я занимал. Я должен был заботиться о домашнем скоте, "поддерживать очаг" большого дома, ухаживать за садом площадью в 1 акр и выращивать кукурузу на пойме вдоль реки. Позже я понял, что это был самый удачный поворот в моей жизни. Семья Стритов почиталась как одна из благородных семей Алабамы, и все они приняли меня как одного из них.
Дом Стритов стоял на улице утесе Берд, с него открывался вид на реку Теннесси. Ферма, где перед войной рабы выращивали хлопок, простиралась ниже в долине. Вдоль утеса тогда стояли множественные бараки рабов. Некоторые из бывших рабов судьи Стрита жили там и сейчас. Тетя Дина, повар, в ее молодые дни была рабыней. Когда я туда попал, большинство бараков было занято крестьянами, а я сам жил с семьей. Два года моего пребывания у Стритов были лучшим образованием, которое я когда-либо получал. В начале я узнал о своей нехватке книжных знаний. Все в этом доме любили книги и читали после ужина. До времени сна мне ничего не оставалось делать, как тоже читать. Судья Стрит любезно помог мне начать.
"Как далеко Вы продвинулись по школьной программе, Джордж?" - спросил он меня. "До книги, разбирающей слова по буквам и до McGuffey's 5th Reader." "Ну, тогда, возможно, Вам понравится вот эта книга."
Судья Стрит достал из тесно заполненного книжного шкафа книгу "Жизнь Дэвида Крокетта." Вскоре я просто затерялся среди страниц этой книги. На ее страницах отражалось мое собственное детство. Молодой Крокетт имел воспитание, поразительно похожее на мое собственное. Тогда я впервые понял, насколько живой могла быть книга.
После этого я поглотил "Даниэля Буна," историю последней войны, жизнеописание Роберта Э. Ли, и Стоунволла Джексона, два или три романа Амелии Барр и еще много произведений, авторы и названия которых выпали из головы. В начале моя работа состояла, главным образом, в том, что я колол дрова и поддерживал огонь в нескольких больших каминах; кроме этого, я ухаживал за ними и регулярно кормил многочисленных лошадей, мулов, рабочих волов, быков, молодняк, дойных коров, овец и свиней. Как все фермеры в той стране, Стриты гнали своих свиней в устья реки Теннесси и на болота, чтобы откормить их на богатом корме из желудей, орехов гикори и т.д. Чтобы поддерживать боровов ручными, я раз в неделю ехал в лес, чтобы скормить им мешок кукурузы. Сперва я кричал "Co-pee, pig-ope" - и этот клич сзывал всех боровов в окресностях. Затем, чтобы не кормить соседских свиней, я использовал уловку, которой меня научил отец. Он пел йодлем к своим собакам, чтобы позвать их при преследовании лисы и направить их на более горячий след, не зазывая при этом других собак. Так что когда я скармливал кукурузу свиньям Стрита, я всяких раз по-особому пел йодлем - сначала протяжное низкое скандирование, которое переходил в фальцет, и затем падало до глубокого баса со странными, колеблющимися нотами. Довольно скоро, когда я возвращался на то место и начинал петь эту последовательность звуков, я слышал рев и визг у реки, и вскоре ко мне бежала стая боровов. С правого холма большой боров фыркал и вел ко мне свой отряд. Кроме свиней Стрита больше никто не приходил, потому что я учил их этому зову только тогда, когда никаких других свиней по блихости не было.
Во времена посадки кукурузы в апреле и мае, Т. А. Стрит-младший, (Аткинс), тогда - шестнадцатилетний парень, вернулся из школы домой. Хотя он был на пять лет моложе чем я, Аткинс, как оказалось, был одним из лучших учителей, которых я когда-либо имел. Пока он не вырос, у самого Аткинса не было никаких учителей, кроме его матери; но, в те времена, Джулия Энн-Стрит, одна из женщин государственного колледжа State's Pioneer College, считалась одним из самых эффективных учителей Алабамы. Когда один из ее сыновей, Э. C., самый молодой в Уэйко, подавал заявление о приеме в университет Алабамы, то экзаменатор сказал ему:
"Я ничего не знаю об академии Scotsboro Academy, которую Вы посещали, но любой, кто прошел, обучение у Джулии Энн-Стрит может поступить в этот университет." Два старших брата выпустились их политехнического ВУЗа.
Несколько лет спустя один из его старых школьных приятелей рассказал мне о первом дне Аткинса в школе-интернате в городе. Аткинс не знал, как себя вести и над ним смеялись за его неловкость, пока он не подошел к доске и не доказал одну из теорем по геометрии. Этот случай был его первой "школой". Всю его жизнь он был великим читателем и никогда ничего не забывал.
Теперь молодой Аткинс должен был взят меня в свои руки и учить меня так же, как его мать учила его самого. Той весной он и я взяли двух больших мулов. Он работал одним, а я - другим. Мы пахали длинные участки земли для посадки кукурузы. Когда мы шли рядом позади наших плугов, Аткинс рассказывал мне историю о Джозефе. Я никогда не слышал о Джозефе.
"Израиль любил Джозефа больше, чем все его дети, потому что он был сыном его старости, и он сделал Джозефу многоцветную накидку".... и так далее, до того момента, когда Джозеф начинал толковать сны Фараона.
"Теперь ты расскажи мне эту историю," - говорил мне Аткинс. Я начинал: "Израиль любил Джозефа..." и пересказывал Аткинсу всю историю.
Тогда Аткинс, очень довольный, сказал мне:
"Ты не упустил ни одного момента, Джорджа. У тебя замечательный ум. Все, что нужно - это его разрабатывать."
После этого, Аткинс извлекал из недр своей отличной памяти бесконечное количество рассказов, и заставлял меня их повторять. Когда я однажды сказал моему молодому наставнику, что никогда даже не заглядывал в книгу по грамматике, он начал тренировать меня в обозначении и использовании частей речи: "Красная птица поет на смолоносном дереве."
"Птица - существительное, поет - глагол, а смолоностный и красный - прилагательные... теперь ты говори это мне."
И вот таким образом, когда мы день за днем ходили позади наших плугов, уроки продолжались. Мой молодой учитель терпеливо работал со мной, и исправлял мои ошибки с предельным тактом. Он искренне восхищался как я перенимал у него грамматику.
На втором году жизни со Стритами, после сбора урожая зерновых культур в августе, я внезапно решил посетить свой дом. Меня там не было почти три года. Во время моего посещения дяди, я получил приглашение попытать удачу во Флориде. Друг моего детства, Билл Сайкес, там смог обосноваться. Когда я рассказал судье Стриту о своих планах, он сделал мне заманчивое предложение:
"Джордж, мне нравится как ты здесь со всем управляешься. Это доказывает, что ты достигаешь успеха во всем, за что берешься. Останься с нами, и мы преобразуем землю, находящуюся в долине, в трех милях от Уоррентона, в ферму для домашнего скота. Если ты женишься и там осядешь, я построю для тебя хороший дом и отдам половину доходов фермы, состоящей приблизительно из 800 акров."
Судья Стрит знал, что я не очень хорошо знаком с молодыми людьми в этом сообществе, так что он упомянул одну прекрасную молодую девушку, которую мы оба знали.
"Кузен Том," - ответил я, - "Это самое прекрасное предложение, которое мне когда-либо кто делал, но я просто не могу решиться его принять." (Крошечный, тоненький внутренний голос подсказвал мне ответить: "Нет", - и, как оказалось позже - к лучшему.
Так что, когда закончился мой второй год у них, я попрощался с семьей Стритов и пообещал, что никогда не забуду все те вещи, которые были для меня сделаны. В сентябре того года Аткинс поступил в университет. Мы с ним обменивались письмами в течение нескольких лет. Когда Соединенные Штаты захватили Филиппинские острова, Т. А.Стрит младший, из Алабамы, помог составить свод законов для новых владений. Он стал военным прокурором в Маниле и занимал этот пост, пока не вспыхнула Вторая мировая война.
Когда я повторно посетил Алабаму весной 1947, я позвонил, чтобы увидеть сестру Аткинса, г-жу Джулию Снид, в Бирмингеме. Она вспоминала, как 60 лет назад, Аткинс и я писали друг другу письма на французском языке, тогда как всего только несколько месяцев до этого, он тренировал меня в применении существительных и глаголов.

ГЛАВА 5
В КОТОРОЙ Я РЕШАЮ ИЗУЧАТЬ СТОМАТОЛОГИЮ


Моему уважаемому учителю в Алабаме, Алиену Чессу, первым пришла идея, чтобы я изучал стоматологию. Он сказал мне, что хороших дантистов недостаточно, и в них крайне нуждаются. Входя в эту область деятельности, он сказал мне, что я мог бы сделать массу хорошего, и, в то же время, заработать себе имя, компетентность. В течение нескольких лет я вращал этот совет в своем уме. Это было во время обучения в школе в округе Фоллс, Техас, когда я наконец решил, что стоматология будет моим призванием. Когда я пошел к доктору
Нортону в г.Мексиа, чтобы запломбировать зубы, я внезапно доверился ему и рассказал о своем стремлении.
"Как думаете, смогу я стать дантистом, доктора?" - спросил я его, - "Вы знаете, я не хотел бы оказываться человеком, находящимся не на своем месте."
"Молодой человек, а что Вам нравилось больше всего, когда Вы были маленьким мальчиком?"
"Делать фургончики из сосновой коры и веток молодых деревьев гикори."
"Ну, тогда Вам не нужно дальше искать себе дело жизни. У Вас есть та ловкость, которая требуется, чтобы быть дантистом."
Доктор Нортон не сказал мне: "Идите, только никому ни слова!" - но я пошел именно этим курсом. Я последовал совету и начал копить деньги, чтобы заплатить за образование. За последний год на ферме Тома Джонсона, я практически не потратил денег. Когда мой работодатель выбрасывал поношеную рубашку или штаны в корзину, я доставал выброшенный предмет, чинил его и носил.
Все это время я работал сверхурочное время, делая хорошую работу на ферме. Во сезон выбора хопка, я вставал до рассвета чтобы пораньше отправить в поле сборщиков хлопка. После ужина я помогал загрузить кипу хлопка в фургоны, чтобы отправить ее на следующий день рано утром в волокноотделитель. В конечном счете этот подход оплатился мне сторицей. Всякий раз, когда я отправлялся в конную поездку с Джони Беллом, или мне нужно было куда-то добраться, Том позволял мне использовать его лошадь и повозку. Затем позже, когда я стал студентом и изучал стоматологию, он был моим другом.
Когда настало время раскрыть свою тайну, я внезапно сказал своему работодателю:
"Том, я тебя на днях покину, так как рассчитываю на поступление в зубоврачебную школу Университета Вандербилт в Нашвилле в сентябре." Хотя он очень не хотел потерять хорошего работника, Том Джонсон принял эту новость с изяществом.
"Это будет лучшим, что ты когда-либо делал, Джордж. Можешь рассчитывать на меня в любом случае, помогу чем смогу." Был и другой человек в моей жизни, который аналогично принял эти новости с ходу. Моя девушка, Джони Белл Дэвидсон. Я хранил это все в тайне также и от нее, пока не решился определенно. Так что нужно было разрешить щекотливое положение, в которое мы оба попали. Мне едва удалось сэкономить достаточно денег, чтобы оплатить один год в школе, и это только благодаря тому, что я считал каждую копейку. Определенно, я не мог позволить себе поддерживать жену.
Джони Белл был активной девушкой, воспитанной на ранчо, которая могла многим помочь и делать все, что подвернулось под руку. Она была умной и имела широкий кругозор. Она писала истории для газет в той части Техаса. Это сейчас находчивая молодая жена может найти себе работу и как-то помочь мужу оставаться в колледже, но в 1890-е, об этом даже и не думалось. Инстинктивно я знал, что Джони Белл может сделать подобное играючи, но я просто не мог вытерпеть подобных мыслей. Я был для этого слишком независимым.
Таким образом, Джони Белл и я абсолютно откровенно обсудили все вещи и вместе согласились - хотя это причинило нам обоим больше боли, чем мы были готовы признаться даже друг другу - что мы должны разорвать наш роман. Когда для меня наступил день, чтобы с ней попрощаться, Джони Белл сказала мне:
"Я всегда буду помнить тебя за это, Джордж. В наших отношениях ты был прекрасным джентльменом."
k k k
Моя семья в Алабаме никогда не знала, насколько я обносился, когда экономил деньги, чтобы учиться в зубном колледже. Однажды мой друг, Том Джонсон, высказался о моей рваной одежде:
"Что бы сказали люди в сообществе, где ты преподавал, и что бы сказала твоя девушка, Джони Белл, если бы узнали насколько оборванным ты ходишь."
Приблизительно денем позже ко мне пришел мой старый друг,Уилл Харлан. Он просмотрел на меня и спросил:
"Почему ты не достанешь себе нормальной одежды?"
"Одежда стоит денег", - сказал я ему. "За те деньги, которые стоит новая одежда, я могу купить кучу щипцов для вырывания зубов. Знаешь, Уилл, я ведь уезжаю на следующей неделе и поступаю в зубоврачебную школу в Нашвилле."
"Ну, тогда смотри не приходи голодным в мой дом, потому что столь оборваный человек, как ты, не может есть за моим столом." На что я пошутил. "Держу пари, что ты хотел бы снять фотографию меня в этих обносках." "Ну так приходи завтра ко мне и Тому в Марлин, и мы все снимем." "Я буду там, будь уверен." Так что на картинке Том, Уилл и я. Зайдя в гости к Марлину 51 год спустя, я встретился с Уиллом Харланом. Он сказал мне, что у него до сих пор есть та фотография.
Слева-направо-доктор Джордж В. Херд, Том Джонсон, Уилл Харлан


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
 Заголовок сообщения: Re: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
ГЛАВА 6.
ТУДНОСТИ МОЕГО ОБУЧЕНИЯ В ЗУБОВРАЧЕБНОЙ ШКОЛЕ


Когда я был готов покинуть его фирму, чтобы сесть на поезд в Нашвилль, Том Джонсон подсчитал мою зарплату. Он должен был мне заплатить 300$.
"Когда тебе будут нужны эти деньги", - сказал он мне, - "я их тебе вышлю." У меня в кармане было ровно столько денег, чтобы купить билет на поезд. А этими 300$ я должен был бы оплатить стоматологическое образование - обучение сроком в три года, расходы на проживание и зубные инструменты. Мысль о том, что это может у меня не выйти, никогда не посещала мою голову. Несколько лет спустя я прочел в своей Библии, как Авраам вошел в Ханаан и овладел землей, которую он мог увидеть.
Неоосознанно, я подражал древнему патриарху тем сентябрьским утром 1895 года, когда направлялся в Нашвилл. Ничто не могло сбить меня с цели, которую я сам себе поставил - получить стоматологическое образование. Ведь ее достижение оправдывало строжайшую
экономию каждого пенса и использование любой возможности его заработать. Но, до того часа моя, жизнь была одной непрерывной чередой муштры и обхождения без вещей, в которых я нуждался. Экономия была для меня вполне естественна.
По прибытии в Нашвилл, я был достаточно удачлив найти трех сокурсников в том же затруднительном положении, как и я - Брэдшоу из Кентукки, Калетт из Миссиссипи и Говард из Техаса. Мы вчетвером арендовали комнату с двумя кроватями за 16$ в месяц. Мы нашли место, где можно было питаться за 10 центов за порцию. Питаясь два раза в день, я урезал свой счет за продукты к 6$ в месяц.
В течение моих целых трех лет в Нашвилле, я ходил в театр только дважды. И каждый раз билеты мне покупал друг. Когда я хотел куда-то пойти - я шел пешком. В нескольких редких случаях я ехал на трамвае. Быть полунищим в банкротом в Нэшвилле, студенческом городе, было вполне распространенным явлением. Тогда в быту ходила фраза, что в Колледже Пибоди (Peabody College) ни один студент с монетой в 50 центов в кармане и не подумает ее потратить, прежде чем орел на ней не станет гладкий.
Так что, живя бережливо, я прошел через свой первый год в колледже, не влезая в долги. Ко времени летних каникул я изучил как делать некоторые виды стоматологических работ и считал себя уже хорошо в ней разбирающимся. Но это было тайная работа, поскольку у меня не было тогда никакой лицензии, чтобы практиковать стоматологию. Я находил пациентов, которые были достаточно отчаяны, чтобы позволить мне лечить их зубы. Этими средствами я зарабатывал и отложил небольшой капитал в течение своего второго года в Нэшвилле. Также, после того, как я израсходовал 300$, которые задолжал мне Том Джонсон, он занимал мне немного денег, чтобы помочь мне пройти через тяжелые времена. Когда изо всех сил пытаешься получить образование, то учишься ценить друга, который верит в тебя настолько сильно, как Том верил в меня. Однажды я посетил Эрмитаж, который уже в 1890-ых был общественной святыней. Во время того визита я купил некоторые подарки, которые, по моему мнению, поравились бы Тому, восхищавшемуся старым Эндрю Джексоном. Наряду с подарком я отправил письмо, сообщающее моему старому другу, что я опять был на мели. Когда я повторно посетил город Марлин в 1946 году, я пошел навестить вдову Джонсон, которая там жила. Она открыла старый кедровый сундук и достала оттуда эти старые безделушки с фермы Эндрю Джексона, и письма, которое она хранила в течение 50 лет.
В середине моего последнего периода учебы в Вандербилте, я внезапно решил, что мог бы провести месяц дома в Алабаме, что было бы дешевле, чем если бы я остался в Нэшвилле.
"А ты не боишься, что тебя выгонят?" спросил меня Кэтлетт.
"Если меня выгонят с факультета," - ответил я, - "то вместе со мной исключат целую группу."
Опять же, в то время, когда большинство студентов зубрили книги для сдачи экзаменов, я был довольно сильно занят тем, что изготавливал сокурсникам пластины и мосты, которые также входили в оценку финального экзамена. Таким образом, за счет нескольких моральных предрассудков, я зарабатывал крайне нужные деньги на расходы. После того, как финальные экзамены были позади, менеджер стоматологической школы пришел ко мне и сказал:
"Херд, Вы находитесь в почетном списке. Вы стоите пятым в списке успешности группы. Но Вы не можете выпуститься, пока у Вас есть долги перед школой за обучение."
"Что же я могу предоставить сейчас вместо денег?"
"Дайте мне заверение, подтвержденное двумя финансово ответственными людьми." Мой отец и старый сосед подписали для меня это заверение, и, таким образом, мне разрешили выпуститься. Но когда я начал практиковать, то быстро обнаружил, что у людей в обращении было совсем немного денег. Онажды из Вандербилта мне прислали уведомление, что мой платеж был запоздалым. В качестве ответа я упомянул общеизвестные факты относительно замороженного денежного рынка, и добавил: "То заверение о моих обязательствах, которое Вы
удерживаете, стоит денег. Если Вы больше не можете ждать, то есть способ получить эти деньги." После этого ко мне из колледжа больше не поступало напоминаний о возврате долга.
Вскоре после того, как я поступил в зубоврачебную школу, ко мне прицепилось прозвище "Для чего?". Оно прилипло ко мне до самого дня выпуска. Я никогда не был доволен, принимая ответы учебника по какой- то проблеме, на веру. На выпускном экзамене доктор Стабблфилд, преподаватель металлургии, попросил, чтобы я объяснил игру цветов, когда закаляется сталь.
"Цвета испускаются молекулами, когда они, движимые высокой температурой, перестраивают себя в различные структуры."
За этот ответ доктор Стабблфилд оценил меня на 100 процентов. Но другие члены учебной комиссии запротестовали: "Это же не книжный ответ!" "Но это более разумно, чем книжный ответ", - парировал доктор Стабблефилд. Он выиграл в этом споре. Если бы он поставил мне за данный вопрос "ноль", то это выбило бы меня из почетного списка.
Тем вечером, когда я получил свой диплом, доктор Стабблфилд сказал мне последнее слово, которое я не забывал никогда:
"Я надеюсь, Доктор, что Бог проявит к Вам столь же большую симпатию, как и я." Преподаватели не обращались со званием "Доктор" ни к кому из студентов, пока он не получал свой диплом. От всех друзей тех моих дней в колледже сегодня у меня ничего не осталось, кроме памяти о них. Насколько я знаю, я - последний или предпоследний вживых из выпуска 1898 года. Хотя почти все те студенты были моложе меня. После 50 с лишним лет, я чувствую себя столь же молодым, как я чувствовал себя в тот день, когда покидал Вандербилт.

ГЛАВА 7.
Я ЗАНИМАЮСЬ ПРАКТИКОЙ СТОМАТОЛОГИИ


Вскоре после того, как я получил свой диплом, я купил лицензию на работу в Алабаме и открыл офис в Албертвилле. Город был небольшим, и его окресности заселялись только недавно, но для дантиста перспективы были хорошие. В той местности даже молочные зубы быстро гнили и распадались. До достижения ими возраста 20 лет, у многих молодых людей во рту было больше пломбированных, чем здоровых зубов. И никто, даже врачи-стоматологи, тогда не знали что можно с этим поделать. В этом отношении, даже сегодня, и профессионалы и непосвященные, главным образом, неинформированы относительно средств предотвращения разрушения зуба.
С другой стороны, в тех краях, пиоррея - болезнь выделения гноя, которая нападает на десны и альвеолы зуба - была почти неизвестной болезнью. Тогда страдали от распада зуба. Я знал 16-летнюю девочку, которая по этой причине уже носила съемную верхнюю челюсть.
Поскольку мой опыт был ограничен, я тогда не знал, что заболевания зубов в различных регионах значительно отличались. Действительно, сама зубная профессия не признавала этот принцип еще приблизительно 40 лет! Когда несколькими годами ранее я предложил эту идею своим практикующим коллегам, они над ней насмехались.
Мне не приходило в голову, пока я сам не начал практиковать - соединять тотально преобладающие плохие зубы с едой, которую ели люди, с молоком и водой, которые они пили, и почвой, которая производила ихнюю еду.
В той Алабамской горной местности, почва была бедной и песчаной. В ней было недостаточно извести и фосфора. Люди пили воду, главным образом, из мелких колодцев. Когда-то я думал, что минералы в воде были очень ценны, но больше так не думаю. В корме крупного рогатого скота также было недостаточно извести.
Мои наблюдения убедили меня, что минералы в питьевой воде не питают живой организм. Поскольку эти минералы являются неорганическими и не ассимилируются как еда, они не имеют никакого отношения к превращению еды в хорошую или плохую. Это лишь моя теория,
но мне кажется, что еде требуется вода, чтобы сделать ее ассимилируемой - так же, как у железнодорожного вагона должны быть рельсы, по которым можно ехать.
Так или иначе, после нескольких лет практики в Албертвилле, мне пришла идея, что именно еда может иметь некоторое отношение к построению здоровых зубов, наряду со здоровым телом вообще - но эта идея не спешила во мне закрепляться. Насколько я могу вспомнить, мне эта идея пришла в первый раз, когда в том месте, где я жил, я увидел партию яиц с мягкой скорлупой. Если бы в той местности фермеры кормили бы своих куриц песком известняка или молотыми ракушками устриц, то яичная скорлупа была бы нормальной. Если известь в песке или ракушке устрицы создаст яичную скорлупу, рассуждал я, то достаточное количество извести и других строящих тело элементов в детской еде, плюс молоко, произведут здоровые зубы.
Однажды моя пациентка, г-жа Браун, обеспокоенная плохими зубами ее детей, гневно мне сказала:
"Доктор, если вы дантисты знали свое дело, вы могли бы помешать зубам так быстро распадаться."
Имея в памяти ту мягкую яичную скорлупу, я дал ей ответ:
"Г-жа Браун, если бы Вы кормили своих куриц той же самой едой, которой Вы кормите своих детей, то у Вас на ферме не было бы ни одного яйца с твердой оболочкой."
Пока я практиковал стоматологию, я продолжал говорить своим пациентам, что, чтобы иметь здоровые зубы, они должны есть продукты, которые содержат строительные элементы зубов. Я говорил им, что молоко содержит кальций (известь) в самой легкой ассимилируемой форме для строительства и костей, и зубов. Поскольку кальций является самым видимым элементом в структуре зубов, мы слишком легко забываем, что без существования других важных элементов, кальций - бесполезен. Для создания сильных зубов и тела требуется каждый минерал и витамин. В наших популярных продуктах их нет.
Хотя часто на этот хороший совет пациент с негодованием отвечал:
"Я Вам, доктор, плачу за то, чтобы Вы чинили мои зубы, а не говорили мне что есть."
И всеравно, я продолжал день за днем пытаться "вдалбливать" эту правду в головы своих пациентов: "Вы есть то, что Вы едите."
Задолго до того, как я что-либо услышал о профессоре Эйнштейне, я разработал свой собственный специальный закон относительности:
Вся жизнь является взаимозависимой: через все формы жизни проходит гармония - от амебы до человека. Если эта гармония расстроена, в результате появляются проблемы.
Для его благосостояния и надлежащего функционирования, человеческое тело должно постоянно заменять все элементы, из которых оно сделано. Незаметные микроэлементы столь же важны, как и другие вещества. Они - катализаторы, которые запускают процессы тела. Именно поэтому требуется сбалансированная диета из еды, выращенной в абсолютно плодородной почве, чтобы механизмы тела работали гладко.
Способ сохранить здоровье (я бы сказал моим пациентам) состоит в том, чтобы жить на продуктах, полученных из почвы, которая содержит все физические элементы в ассимилируемой форме.
Но эту еду нужно есть так, как она выходит из земли. Когда завод по переработке муки забирает шелуху, отруби и жесткую клетчатку из пшеницы, чтобы произвести белую муку, он отнимает у зерна жизненно важные витамины и минералы. Естественно, что от потребления такого продукта развиваются неизлечимые болезни. Аналогично, как показывают химические анализы, 3\4 всех минеральных веществ в белом картофеле находятся в шкурке. Чтобы получить всю питательную ценность картофеля, нужно испечь его нечищенным и съесть целиком со шкуркой.
Этот же принцип касается всего, что растет в саду. Например, внешние листья салата, которые выбрасывает домохозяйка, когда делает салат, являются самыми богатыми по содержанию витаминов и минералов. Эти элементы - катализаторы, которые, принятые в тело, помогают сохранить его процессы в движении. Когда в любом из этих элементов мы испытываем нехватку, физические функции ухудшаются и появляется болезнь. В течение многих лет я без устали продолжал говорить моим пациентам эти вещи. Но типичный пациент слушал это одним ухом, затем шел домой и ел белый хлеб, пюре с соусом и тушеной капустой на ужин.

ГЛАВА 8.

Пока я практиковал стоматологию в Албертвилле, мне никогда не приходило в голову, что распад и кривизна зубов, или выделение гноя из десен могут быть предотвращены.
В той местности в Алабаме зубы распадались у всех. Одной из моих пациенток в 1898 году была 2-летняя Вилли Макнэрон. Когда она играла в моих офисах в отеле ее отца, Вилли наблюдала за моими пациентами. Так что, она думала, что должна будет много и часто сплевывать, когда села в стоматологическое кресло. Таким образом, я должен был ждать час в течение ее послеобеденного сна и пломбировать ей зубы, пока она спала.
Другому маленькому пациенту, Джимми К., 16 лет, я за один день поместил 15 пломб, и все - в задних зубах. У тех двух детей были типичные рты для той местности. Среди народа Алабамы большинство распада встречается в пространстве между зубами; но среди народа Херефорда и Техаса, это - редко.
Как я позже понял, у тех детей были плохие зубы, потому что их кормили слишком большим количеством белого хлеба, тортов, пирожных, полированного риса, сиропа и желе. Бедная почва вносила свою лепту. Они не получали достаточного количества сырого целого молока, чтобы насытиться кальцием и витаминами; а также - достаточного количества сырой зелени, овощей и фруктов, чтобы получить минералы (включая фтор), которые должны были построить здоровые зубы.
Наши преподаватели в Вандербилте учили нас, студентов-стоматологов, что нужно после вырывания зуба ждать полгода - для того, чтобы десны сжались - прежде, чем ставить новые зубы. Но позже я заметил, что когда пациент терял зубы исключительно от ихнего распада - то есть, когда у него не было пиорреи (выделения гноя) - а эта болезнь в те дни была в Алабаме довольно редкая - то я мог ставить пластину сразу и десны не сжимались. Переустанавливать пластины из-за этого приходилось довольно редко.
Я вспоминаю, что вскоре после того, как я открыл свой офис в Албертвилле, ко мне пришел молодой Том Бойд, чтобы я вырвал ему плохие зубы и вставил новый набор. Когда я вырвал последний плохой зуб, мой пациент спросил:
"Доктор, когда я получу новые зубы?"
"О, приблизительно через шесть месяцев," - ответил я.
При этих словах молодой Бойд вытянулся вверх приблизительно на 20 см и завопил:
"Господи, доктор, да у меня же завтра свадьба. Мне нужно на свадьбе быть с зубами!"
Это было не по указаниям книги; но, войдя в его положение, я пренебрег в данном случае тем, чему меня учили в Вандербилте.
"Хорошо, молодой человек," - ответил я. - "Садитесь и примемся за работу!" Я работал весь тот день и до поздней ночи. Перед свадебным часом у меня был для пациента готовый набор зубов. Когда я впоследствии через десять лет после этого случая видел г-на Бойда, он сказал мне, что его пластины не создавали ему никаких проблем. Они все еще сидели отлично.
И спустя всего несколько дней после этого, я вырывал зубы мисс Агнес Стриклэнд, степень разложения которых была слишком значительная, чтобы их можно было бы вылечить. Я сказал ей то же, что говорил всем моим пациентам - то, что было написано в книгах: "Лучше
подождать шесть месяцев, чтобы десны сжались и зажили, прежде, чем мы вставим новый набор зубов." Но через 10 дней мисс Стриклэнд вернулась.
"Я не могу ждать шесть месяцев, доктор," - заявила она. "Я хочу новые зубы, без шуток."
Таким образом, я сразу же сделал ей новый набор. Как и Том Бойд, мисс Стриклэнд сказала мне несколько лет спустя, что ее пластины никогда не создавали ей ни малейших проблем.
Объяснение: у обоих тех пациентов были совершенно здоровые рты, никакого следа выделения гноя, и, следовательно, никакого уменьшения размеров кости после того, как был помещен зубной протез.
В течение 17 лет, в которые у меня был свой офис в Албертвилле, я не могу вспомнить ни одгого пациента, который вернулся бы для переустановки зубного протеза. В отличие от этого, в Херефорде, штат Техас, многочисленным пациентам нужно было переделывать их пластины. Пиоррея (выделение гноя), редкая в Алабаме, но распространенная в Техасе, была причиной того, что большинство моих Херефордских пациентов потеряли зубы. После того, как зубов уже не было, кость челюсти продолжала сжиматься даже во время ношения нового зубного протеза.
После опроса многих таких пациентов, год за годом, я провел прямую связь пиорреи с тяжелой диетой, состоящей из мяса и соусов. Слишком большое количество мяса и животного жира, потребляемые в течение долгого времени, очевидно, заставляют структуру костей слабеть и разлагаться. Я просто наблюдал такой факт: но я не пытался тогда, как не пытаюсь и сейчас, объяснить этот феномен чем-либо еще, кроме того, что это происходит из-за еды.
Когда я повторно посетил Бирмингем в мае 1947, Уокер Фоулер показал мне некоторые зубные протезы из золота, которые я поместил в его рот 45 лет назад. Хотя он был уже в годах, у г-на Фоулера все еще были крепкие, здоровые десны. Вся его жизнь, как он мне рассказал, он ел мясо и пил молоко очень экономно. Я отметил его многочисленные пломбы и сказал ему об этом, он ответил :"Правильно", - и рассказал, что он обычно ел слишком много белого хлеба, картофеля, сахара и сиропа.
Однажды ко мне в дом в Херефорде пришел незнакомец и заявил:
"Доктор, посмотрите на золотые пломбы в моих зубах. Вы знаете что-нибудь об этих пломбах?"
Я смотрел, покачал головой и спросил своего посетителя: "Вы можете указать мне какую-либо причину, почему я должен это знать?"
Тогда он сказал: "Вы поставили мне эти пломбы 45 лет назад. Меня зовут Ли Барнс."
Ли - мой кузен, но я его не узнал. Как и г-н Фоулер из Бирмингема, г-н Барнс, теперь правительственный чиновник, ел мало мяса, но слишком много крахмалистых продуктов, и он не потреблял достаточного количества молока от хорошо питаемых коров.

ГЛАВА 9.
Я ДЕЛЮСЬ СВОИМИ ИДЕЯМИ С КОЛЛЕГАМИ-ДАНТИСТАМИ


К 1910, насколько я помню, мои постоянные идеи относительно эффекта еды и питья на создание здорового тела, и, вместе с этим - здоровых зубов, начали принимать определенную форму.
Это было в том году в Алабаме, на конвенции Ассоциации стоматологов в Бирмингеме, за столом за завтраком с тремя коллегами-дантистами, когда я впервые рискнул выразить свои неортодоксальные идеи представителям моей профессии. "У меня назрел вывод", - сказал я тем дантистам, - "что диета пациента оказывает большее влияние на состояние его рта, и на состояние его тела в общем, чем это полагают у наши ученые от медицины или стоматологии." Я убежден, господа, что если ребенок с момента рождения, питался бы хорошо-сбалансированной диетой, включающей: большое количество кальция в молоке, чтобы
построить кости и зубы; много белка в мясе или бобах, или цельных зернах пшеницы или подобных пищевых продуктах; достаточно много углеводов в хлебе, картофеле, сахаре и сиропе, чтобы поставить физическую энергию, но не слишком много, чтобы отложить лишний жир - то ребенок, столь питаемый, будет расти с совершенно здоровыми зубами. Как Вы знаете, наши люди на фермах кормят своих куриц-несушек известняковым песком и дробленными раковинами устриц, чтобы те откладывали хорошие яйца. Они это делают по указаниям в животноводческих книгах своей местности. Но этим же людям никогда не приходит в голву позаботиться о том, чтобы их дети получали достаточно извести, чтобы произвести здоровые зубы."
"А хорошее коровье молоко обеспечило бы поступление этого элемента, если, конечно, корову держали на подножном корме из травы, зерна или фуража, который вырос на почве, богатой известняком. Как мы, дантисты, знаем, и как знают это наши эксперты-фермеры, во многих областях нашей Алабамы земля песчаная и имеет дефицит в извести. Мы также знаем, что и коровы, и люди обычно пьют мягкую воду - из источников и мелких колодцев, и, следовательно, не получают достаточного количества извести в диете. Дайте детям, а также и взрослым, минералы, в которых они нуждаются - и у них будут здоровые кости и здоровые зубы."
"Я все более убеждаюсь, господа", - продолжил я, -"что пшеница, если бы она потреблялась целая а не в виде белой муки, в которую ее превращают наши современные заводы, рафинируя ее, то это была бы идеальная прекрасная еда. Поскольку пшеница содержит белок, крахмал, фосфор, кальций, железо и другие элементы, которые она берет из почвы. В хорошей почве пшеница содержит почти полный рацион.
Накормите этой пшеницей, с целыми зернами, растущих детей и дайте им столько молока, которое они захотят выпить, с небольшим количеством мяса и сладкого (фруктов) в их диете - всего по чуть-чуть - и у вас будут здоровые дети. Теперь, в очистке пшеницы есть некоторый смысл. Это нужно для производства пасты, пригодной для поклейки обоев. Но я не вижу никакого смысла забирать из пшеницы все те элементы, которые природа в нее поместила, чтобы накормить людей. Когда еда правильная, то болеть - невозможно.
Мои коллеги дантисты выслушали меня с почтительным вниманием. Когда я закончил говорить, они оба сидели тихо и с недоверием в глазах. Но доктор Янг из Аннистона заметил: "Если бы все наши пациенты прислушивались к идеям доктора Херда, то пациентов у нас было бы меньше."

ГЛАВА 10.
В КОТОРОЙ Я НАХОЖУ ПОДМОГУ


Вскоре после того, как я открыл свой офис в Албертвилле, я встретил привлекательную школьную учительницу, Мэтти Гордон Рид. Как и я, она выросла на ферме - девчонка из Синклер Каунти.
Мэтти начала преподавать в возрасте 18 лет. Поскольку я также преподавал в школе, она и я нашли точки соприкосновения. Она жила в Албертвилле только во время отпуска. В остальную часть года она или преподавала где-нибудь, или сама обучалась. В течение четырех лет она преподавала в Розвэлле, Нью-Мексико.
Во время этих периодов отсутствия, Мэтти и я регулярно писали друг другу. Когда она была в городе, мы были вместе по воскресеньям, а иногда в течение недели мы вдруг отправлялись в поездки. Даже при том, что она была дома в Албертвилле только в течение лета, Мэтти была моей единственной девушкой. Она бросила преподавание приблизительно за год до того, как мы поженились.
Наш период ухаживания длился семь лет. Мы были "просто хорошими друзьями". Я всеравно был ужасно робким и не мог найти храбрости, чтобы предложить Мэтти стать моей женой.
(Одажды, я консультировался с психологом, который сказал мне, что число "семь" - мое счастливое число.) Мне кажется в этом есть некоторая правда. Зная друг друга в течение семи лет, Мэтти и я поженились. И число "один" также было для меня значимо. Я был женат один раз и имею одного сына. Два числа - один и семь - действительно проходят через всю мою жизнь. Что это значит? Да так, ничего особенного. Кстати, адресах многих моих друзей имеют в номере цифры семь или один, и иногда обе вместе.
С течением месяцев и лет, я накопил богатство, достаточное для того, чтобы кормить еще одного человека, и я начал замечать, что вечерние часы в доме Мэтти становились все короче и что полночь наступала быстрее, чем прежде. Однажды ночью я помню как остался дольше привычного времени. Стрелка часов подходила к первым часам после полуночи. Но я все не собирался уходить. Внезапно Мэтти показал мне небольшую игру, которую сама и придумала. Она написала ряд цифр вот так: "0000 000 00." Затем она сказала мне подрисовать им хвостики так, чтобы получилась фраза: "Good God Go" ("Господи, двигайся же вперед!") Я понял намек.
И вот когда я остался слишком поздно, а моя робость все еще связывала мой язык, когда вопрос, который нужно было задать, крутился в моей голове, Мэтти внезапно сказала мне:
"Знаете, Доктор, я иногда думаю, что Вы и я никогда не должны разделяться. Вам не нужно было бы тогда идти домой."
"Вы имеете в виду, Мэтти, что мы должны жениться..."
Мы до этого встречались в течение шести лет, и хорошо между собой ладили. Так что, было самое время.
Таким образом, Мэтти и я поженились в 1906, когда ей было 34 года, а мне - 39 лет. Вскоре после этого мы построили хороший дом в Албертвилле, где мы ожидали прожить наши жизни. Пять лет спустя родился наш единственный ребенок, Джордж Г.
В течение 41 года Мэтти была моим преданным помощником. Многие эти годы я постоянно болел и иногда был едва в состоянии притащиться в офис для работы.
После того, как мы перехали в Херефорд, Мэтти стала моим административным помощником. Она работала так на протяжении 16 лет. Ее сестра, мисс Люси, поддерживала для нас дом в порядке и стала основой нашего домашнего хозяйства, кем и является по сей день.
Когда я начал смелые эксперименты с голоданием, затем - с фруктовыми соками, сырыми продуктами и неочищенными естественными продуктами, ищя и, наконец, найдя способ вернуть утраченное здоровье через диету - Мэтти в этом со мной соглашалась.
Всякий раз, когда моя жена пыталась заставить меня сказать, как она будет продолжить наши дела, когда меня не станет, я ей всегда говорил: "Нет, Мэтти, скоро я снова стану человеком." Что-то во мне внутри подсказывало мне отвечать ей именно так.
Все время, день за днем, Мэтти готовила мою пищу с заботой и умением, но меня поддерживала одна вещь - ее вера в меня. Пока она не умерла в 1947 на 75-ом году жизни, я в большой степени зависел от нее.
В течение всех 41 года нашей семейной жизни и больше чем 30 из них, в которые ее сестра, мисс Люси Рид, жила с нима в доме - никогда в нашем доме не было произнесено дурного слова, по крайней мере - насколько я знаю. Я мог ей безгранично доверять. У нее были свои деньги на расходы в одном банке, у меня - в другом. Она обычно помещала доходы от моей деятельности на депозит в мой банк. Иногда она говорила: "Как тебе кажется, не лучше ли этот депозит положить на счет в моем банке?" И я всегда отвечал, что это была хорошая идея. Однажды я сказал, что хочу купить для Джорджа какую-то дорогую вещь. Она согласилась и спросила можно ли оплатить это с ее счета. Я сказал: "Хорошо, если ты знаешь, что что у тебя
на счету достаточно денег". Она никогда не проверяла счет, и по этому никогда не получала отчеты. Но мы проверили и отчет показал, что на счету достаточно много, и еще останется. Бизнесмены и банкиры говорили мне, что это для мужчины неблагоразумно - позволять своей жене проверять банковский счет. Но я мог доверять своей жене в любой ситуации.


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
 Заголовок сообщения: Re: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
ГЛАВА 11.
КАК ОШИБОЧНАЯ ДИЕТА СДЕЛАЛА МЕНЯ БОЛЬНЫМ


Примерно в то время, когда я освоился с режимом работы в своем стоматологическом кабинете, мое здоровье начало меня подводить. Почти непрерывно у меня были сильный насморк, тонзиллиты, простуды, лихорадки и приступы раздражения. Когда лекарства различных видов не были в состоянии мне помочь, не давая ничего, за исключением небольшого временного облегчения, я начал изучать продукты питания и экспериментировать с едой, дающей здоровье. Но мне потребовалось долгое время, чтобы стать на верный путь. У меня не было информированного диетолога, с которым можно было бы посоветоваться.
После того, как Мэтти и я поженились, и у меня установился спокойный режим еды, работы и сна, я думал, что все, конечно, наладится - но, вместо этого, мое здоровье продолжало ухудшаться. Я был бледным, слабым и почти постоянно - усталым. В то время, молодой доктор, только пришедший из медицинской школы, сказал мне, что у меня была "аутоинтоксикация". Но его лекарства тоже оказывали на меня отрицательный эффект! Раньше такие проявления были известны как "приступы раздражения".
Однажды я повстречал на улице старого друга, и он дал мне хороший совет:
"Джордж, съезди в Laceys Springs на месяц, или - на все лето, если нуно. Ты приедешь домой, чувствуя себя новым человеком."
Я поехал туда и снял в отеле трехкомнатную лачугу, которая находилася на расстоянии двух миль от минеральных источников. Ближайшее здание почты находилось в двух милях в
противоположном направлении, и с него почта не разносилась. Так что, каждый день я ходил пешком к источнику и на почту. Вода, загруженная магнием и другими целебными минералами, довольно теплая, на вкус была ужасна. Я вынуждал себя пить два литра в день. Скоро я начал в такой степени наслаждаться жизнью снаружи, что начал подниматься в местные горы. С другой стороны горы была железная дорога и посадочная станция, где я мог сесть на поезд обратно в город. После того, как я продолжал несколько недель пить эту противную воду, наряду с ежедневными прогулками и подъемом на гору, я начал чувствовать себя лучше. Я больше не был усталым. Ко мне вернулись мои естественные бодрость духа, румяность и энергичность. Я даже набрал несколько килограммов. Мой друг был прав: я приехал домой, чувствуя себя снова молодым и думал, что уже был полностью вылечен. Но слишком скоро у меня случился рецидив. На работе я снова втянулся в старый режим - ел что-попало и упражнялся на воздухе. После нескольких месяцев такой жизни, с пациентами, держащими меня у кресла по 14 часов в день, я скоро вернулся в старую колею. Я чувствовал себя все более утомленным, не мог ночью спать и хорошо есть. Тогда я снова приехал на источники. Начиная с моего последнего посещения, это место удивительно развилось. Рядом с источником стоял совершенно новый отель, а вокруг него расположился небольшой городок из туристических кабинок. К почте была проложена линия сообщения. Вокруг уже было много людей, с которыми можно было бы поговорить или поиграть в игры. Таким образом, я уже в этот раз не гулял пешком и не поднимался в горы. Вода (которая, как я тогда думал, вылечила меня в прошлый раз) в этот раз не оказала никакого видимого положительного эффекта.
Я возвратился к своей практике и сумел продолжать функционировать, но чувствовал себя лучше, лежа на офисной кушетке, стоя за рабочим местом. Несколько месяцев спустя, я провел еще один период у источника, но снова без каких-либо хороших результатов. Одна вещь, которую я понял, проведя эти несколько летних сезонов на источнике состояла в том, что минералы в воде были неорганическими, и не представляли ценности как еда, но могли оказывать ощутимый эффект как раздражитель. Небольшое количество солей Эпсома в горячей воде каждое утро будет стоить сотен долларов, потраченных на курорте.
Кто-то всегда рекомендовал мне замечательные новые лекарства. Я испытывал на себе каждое, как только оно приходило, но ни одно не дало мне длительного облегчения. Тогда наш домашний врач сказал мне о диагносте, который творил чудеса в той части штата, где он жил. Таким образом я попал к доктору Брауну в Гедсдене. Он сказал мне, что я - анемичен. Он поместил меня на диету с богатым содержанием железа и сказал мне есть много постного мяса, печени, яиц, хлеба с маслом и похожих богатых продуктов. В результате моя аутоинтоксикация стала только хуже. Как я узнал позже, в перую очередь, неприятности мне доставляло переедание.
Примерно в то же время, г-жа Херд была поражена плевритом и постоянным кашлем. Так что, наш семейный врач послал ее к доктору Брауну. Он предписал лечение покоем с большим количеством молока, мяса, масла и яиц. Но обогащенная диета дала и в ее случае отрицательный результат. Когда он увидел, как идут дела, наш домашний врач порекомендовал нам изменение климата.
"Поезжайте в высокую и сухую местность на равнины Техаса," - посоветовал он.
Неохотно, мы продали дом, который мы строили основательно, для многих поколений, и переехали в Техас. Сперва мы сели на поезд в Сан-Антонио, затем, мы узнали, что этот город был широко знаменит как место, куда ехали люди с проблемами легких и всеми видами хронических заболеваний - чтобы сопротивляться и пробивать свой путь к здоровью.
Вскоре я нашел вероятное место работы для дантиста в соседнем Джоурдантоне. Мы провели там почти год и сочли хорошим местом, чтобы остановить кашель, но не таким, которое могли бы быть полезным для дантиста.
Тогда, чисто случайно, я услышал о дантисте в Херефорде, в округе Дэф-Смит, который хотел продать свой бизнес. Таким образом, я заключил сделку с Доктором Г.
Прежде, чем мы поселились в наш новый дом, Мэтти и я впервые имели возможность понять, насколько большой на самом деле был штат Техас. Но, как оказалось впоследствии, это был лучший шаг в нашей жизни.

ГЛАВА 12
Я ИЩУ ЗДОРОВЬЕ В ТЕХАСЕ


1 января 1916 я поселился со своей небольшой семьей в Техасе. И моя жена, и я сам ожидали от сухого климата высоких равнин волшебного эффекта на наши тела. Мы тогда еще не поняли, что то, что человек ест, те жизненные привычки, которые он поддерживает, его образ действий и, что более важно, его взгляды и мышление - оказывают большее влияние на здоровье, чем лекарства или климат.
Только лишь спустя несколько лет после того, как мы переехали в Херефорд, правда открылась мне. Больной человек сам стелит себе постель и ложится в нее. Доктора называют его болезни "артритом", "анемией", "туберкулезом" или "пороками сердца". Но независимо от того, что у него может быть за болезнь, это - его ребенок. Он взращивал ее, змею в своем чреве, и позволил ей питаться за счет его жизненных сил.
В январе 1916 года я все еще был привязан к таблеткам, маслам, солям, пищевым добавкам железа и к прочим другим смесям. Я тогда думал, что должен принимать все эти вещи, чтобы поддерживать в себе жизнь. Но у меня всеравно, за исключением некоторых моментов, постоянно всегда что-то болело. У меня были ангина, сильный насморк, легкая лихорадка, боль в желудке или ревматизм. После того, как я переехал в Техас, мой ревматизм вроде бы смягчился. Изменение климата повлияло на меня положительно. Однако всеравно, у меня была анемия и связанные с ней частые простуды и катаральные воспаления. Тогда мой доктор внезапно обнаружил, что мое кровяное давление было слишком низким. Каждое утро я вставл с ощущением, что я сегодня немного слабее, чем вчера. Наконец, я стал настолько слабым, что сил моих хватало только чтобы пройтись от дома к офису, расположенному в нескольких кварталах. Когда я переходил улицу, какой-то шут крикнул мне:
"Скажите, Доктор, с какого кладбища Вы сбежали этим утром?"
Этот выкрик отнюдь не придал мне бодрости духа. Но все это время у меня внутри было секретное стремление: "Выздороветь!" Я взращивал его в себе и оно, в итоге, вытащило меня.
Именно в июне 1925, 9 лет спустя как я приехал в Херефорд, у меня случился кризис. Моя жена, Мэтти, хоть тактично, но сделала все нужное, чтобы упорядочить мои дела на всякий случай. Она уложила меня спать и поддерживала мое кровообращение грелками с горячей водой. У меня в ногах тоже лежала электрическая грелка. Это было такое время в жизни, о котором мне недавно напомнил один старый друг.
"Я видел тебя тогда и думал, что если бы ты зашел хоть на один шаг дальше", - сказал мне Перри Макминн, - "то ты бы не вернулся."
Тогда все, кто знал меня, думали, что я подошел к концу своего пути. Как и мистер Ready-to-Halt в произведении "Pilgrim's Progress" , я получил свой вызов и уже собирался перейти на другую сторону. Но в своем собственном уме, все это время я знал лучше всех, что это не так. Я полностью понял свое состояние, и я разъяснил это Мэтти, но я также сказал ей, что стану снова человеком.


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
 Заголовок сообщения: Re: Человек против зубной боли. Книга доктора Джорджа В. Хэрда 1952
ЧАСТЬ ВТОРАЯ .
В КОТОРОЙ Я ИЩУ ПРИЧИНЫ "ДЛЯ ЧЕГО?"


ГЛАВА 13.
Я НАЧИНАЮ ПУТЬ К ВОССТАНОВЛЕНИЮ


Мои поиски здоровья привели меня в санаторий в Денвере, где я провел пять недель, и в еще один - в Чикаго, где я остался еще на пять недель. Я узнал, что в обеих учреждениях прием пищи был расчитан по минутам, но всеравно обоим нужно было еще много чего узнать о человеческом организме.
К этому времени мое состояние стало отчаянным. Все, кто м знал, думали, что я умру со дня на день. Однажды утром мой ближайший сосед, Рекс Т. зашел ко мне. Он собирался в Каньон, чтобы проконсультироваться с натуропатом, доктором Х. A. Брауном, который создал себе репутацию замечательными исцелениями.
"Поехали со мной и пусть этот новый доктор осмотрит и Вас тоже", - пригласил меня сосед. "Он уже не может сделать Вам хуже, чем сделали остальные." Я в этом ему поверил.
Когда доктор Браун закончил свою проверку г-на Т. и составил для него лечение, я попросил, чтобы доктор осмотрел меня тем же самым способом. Когда он закончил свою экспертизу, доктор Браун дал мне мрачный, откровенный отчет:
"Вы почти при смерти, старик. У Вас самый загрязнненный толстый кишечник из всех, что я когда-либо видел. Я могу вычистить его, если Вы, правда, не слишком слабы, чтобы перенести такой шок."
Глядя как он провел свою экспертизу, я был убежден, что доктор Браун смотрел прямо в корень моей проблемы, которая ускользнула от тех диагностов, с которыми я ранее консультировался. Интуитивно, я чувствовал, что здесь был шанс, получить то, к чему я так долго стремился - шанс возвратить свое потерянное здоровье. Всеравно мне было нечего терять. Я был на краю. Но внутри я знал, что могу это сделать. Так что, когда доктор Браун вопросительно на меня посмотрел, у меня был готов ответ: "Вперед! Я готов." Сразу же, доктор Браун предписал мне длинную голодовку. Он сказал мне пить стакан горячей воды каждый час и ничего больше не принимать в желудок. Каждые 24 часа я должен был промывать свою толстую кишку горячей клизмой. Это лечение было резким и сильнодействующим, но, как я понял, это было так ввиду моего безнадежного положения. От того, что моя забитая, инертная толстая кишка постоянно насыщала мой кровоток ядовитыми отходами, я страдал от пониженного давления и анемии "в энной степени." Зная, что от этого зависела моя жизнь, я принимал свое лекарство. Вначале это было жестко. Как и большинство людей, я думал, что если пропущу прием пищи, то умру от голода. Всю моя жизнь до тех пор, я обычно ел слишком много. Лишний сахар и крахмал - в белом хлебе, картофеле и сиропе - вместо того, чтобы быть едой, действовали в теле как грязь, потому что не могли ассимилироваться. Они где-то запасались, и это означало дополнительную перекачку крови для моего перегруженного работой сердца. Теперь, я от этого был вот-вот готов упасть.
После двух или трех дней голодания моя тяга к еде исчезла. Я больше не был голоден. Каждое утро я спускался в свой офис, открывал график приемов, и весь день делал свою работу. Как правило, это означало долгие часы стояния на ногах. На седьмой день голода я вставил мост с пятью зубами для Джона Л. Вилсона.
На двенадцатый день моего голода, доктор Браун посмотрел на меня и сказал мне, что я уже почти готов, но еще не совсем - прервать голод. "Нужно продлить это состояние еще на несколько дней", - предложил он. В конце четырнадцати дней, доктор Браун провел осмотр и сказал, что, за исключением одного слабого места, толстая кишка у меня была чистая. И он добавил: "Вы не можете теперь продолжать в том же духе. Вам нужно получать питание. Возможно, сама Природа закончит уборку." Как это, к счастью, и оказалось, Природа как раз так и поступила.
Без дружественного, но жесткого предупреждения доктора Брауна я понял бы достаточно ясно, что теперь наступил критический поворот в моей борьбе за жизнь. Я должен был выходить из голода постепенно, должен был следовать графику, который он мне составил, по минутам. Один ложный шаг, вероятно, убил бы меня. Именно тогда, легкий обед, даже просто миска супа, быстро был бы фатальным.
Доктор Браун начал выводить меня с маленького стакана апельсинового сока каждые два часа. В течение следующего дня я мог пить один стакан молока каждые семь часов. На второй день - один стакан каждые два часа, на третий день - один каждый час. В течение следующих двух недель, или ровно такого же срока, который я голодал, я был на исключительно молочной диете. Тогда моя система восстала от такого лечения. Я больше не мог переварить молочный рацион. Он отравлял меня.
Таким образом, доктор Браун сказал мне поголодать в течение одного дня. После этого он поместил меня на диету из молока, чередуемого 50-50 с фруктовыми и овощными соками. Я продолжал этот режим в течение четырех месяцев, и затем перешел на тушеные и варение овощи, такие как зелень горчицы, репу, капусту и морковь. Это было первая твёрдая пища, которую я ел в течение почти пяти месяцев.
Я чувствовал себя как новый человек. Впервые после того, когда я был мальчиком, я познал чувство хоть ограниченного, но - здоровья. Когда я голодал, мой вес падал до 120 фунтов, четыре месяца спустя я весил уже 178 фунтов. Это было на восемь фунтов выше нормы. Я был не в состоянии поддерживать вес. Моя тушено-вареная диета вскоре понизила мой вес к 172 фунтам. Я держал этот вес в течение нескольких лет. Затем постепенно он упал до моего текущего веса - между 145 и 150 фунтами. С того времени, как доктор Браун лечил меня, 20 с лишним лет назад, его профессия, натуропатия, разработала новые и лучшие методы очистки и ободрения толстого кишечника, чем длительный голод. Он оставил этот метод, как он мне сам сообщил, как слишком опасный. Выход из голода подвергает волю пациента серьезному испытанию. У меня была воля как у железной лошади. Без нее, я, возможно, не добился бы успеха.
Однако, как я это доказал к собственному удовлетворению, периодические короткие голодания в один, два или три дня - в зависимости от состояния - могут быть очень полезными.
Как я теперь могу понять, оглядываясь назад на опыт, это была именная еда и ничто иное, потребляемая по воле чувства вкуса и аппетита, которая уменьшила мое здоровье до его полного упадка. Когда я начал есть согласно формуле, мое здоровье устойчиво повысилось до высокого уровня, где я с тех пор его и поддерживаю. Какая бы ни была болезнь - мы создаем ее сами. Болезнь не может напасть на здоровое тело.
Во время написания этой работы я наслаждаюсь тем, что кажется мне лучшим состоянием здоровья за все мои 83 года. На том этапе, после моей последней проверки, мой семейный врач, доктор Л. Б. Барнетт из Херефорда, дал мне желанное подтверждение. Он сказал мне:
"Лучшие 15 или 20 лет Вашей жизни у Вас еще впереди."
Поощренный таким образом, я могу представить себя крепким и бодрым, энергичным и живым столетним человеком. Вы спрашиваете, как я намереваюсь это сделать? Я могу это ясно выразить. Моя формула - это существование на естественных продуктах, главным образом - на сырых- на нашей богатой минералами пшенице округа Дэф-Смит, на сырых овощах, выращенных в той же минерализованной почве, иногда - на сырой говядине, которая имеет приятный вкус, если ее прокрутить через мясорубку и смешать с сырыми фруктами и овощами.
С одной стороны, я жестко слежу за весом. Когда я набираю фунт или два, я сокращаю и сокращаю потребление продуктов, пока не уменьшаю свой вес обратно до нормального. В моем возрасте и, как я полагаю, для любого взрослого человека, сохраненный жир может быть смертелен. Моя цель, тогда, состоит в том, чтобы потреблять как раз достаточно еды, должным образом уравновешенной - белков, масел, жиров, сахаров и крахмалов, чтобы поставлять
энергию для моей физической машины и поддерживать эту машину в постояном состоянии самовосстановления.
Если я это делаю, всегда превозмогая износ проживания каждого дня, и, в то же время, поставляя катализаторы, нужные для того, чтобы зажечь жизненные процессы, я вообще не вижу причины, почему я не могу прожить свои 100 лет и более, сохраняя все это время чувство молодости.
Одна из моих находок определенно учит меня, что наше тело создает себя из еды, которая в него вводится - совершенной или несовершенной еды. Это наше создание, когда у нас есть право голоса. По меньшей мере, мы делаемся из потребляемой еды - или в здоровье, или в болезни - мы сами создаем это.
Человек был помещен сюда, чтобы управлять и быть "большим начальником", выбирая свой образ жизни и имея то, что он когда-либо сможет желать, если и только если он повинуется данным ему естественным законам. Эти принципы были продемонстрированы и доказаны в моей жизни. В моем теле были две так называемые "серьезные" болезни - артрит и болезнь Паркинсона. Мой постоянный поиск естественных продуктов с большим количеством минералов и витаминов освободил меня от этих болезней. Эти продукты - иммунизаторы. Болезнь нападает только тогда, когда не повинуешься естественным законам. Минералы и витамины мы должны потреблять обязательно. Но ведь их совсем немного в наших популярных продуктах.

ГЛАВА 14.
ПОСЛЕ ТОГО, КАК Я СТАЛ НА ПРАВИЛЬНЫЙ ПУТЬ


Все эти 25 лет, которые я прожил с того момента, как вышел на правльный путь касательно диеты и жизненных привычек - все эти годы были для меня годами умственного роста, и, следовательно, самыми приятными годами из всех. Во мне опять появилась живость, блеск в глазах, "мечтательный читатель", если можно так сказать, моей потерянной юности.
Моя тайна? Она Ваша для выяснения, читатель. Питайтесь строящими тело продуктами, которые также строят и мозг. Я имею в виду, например, пшеницу, в которой есть высокое содержание фосфора - тот вид, который растет в нашей почве округа Дэф-Смит. Но потребляйте ее целиком - с отрубями, шелухой и всем прочим, а не в виде белой муки с завода. Картофель, бобы, морковь, салат, зеленая горчица и все пищевые зерновые культуры, которые растут в нашей почве, богаты этими же элементами.
Теперь, как показывает современный химический анализ, человеческое тело более сложно, чем об этом когда-либо подозревали ученые "старой школы". Помимо азота (белок), кальция, фосфора, калия и воды (кислород и водород), Ваше тело содержит железо, кобальт, медь, цинк, хлор, натрий, магний, марганец, серу, бор, фтор, йод и углерод - но в виде различных солей и в органической форме. Кроме того, чтобы должным образом поддерживать свое функционирование, тело нуждается в различных витаминах (несомненно, включая, помимо известных, некоторые такие, которые биохимики еще не обнаружили), и витаминных факторах, таких как тиамин, рибофлавин, никотиновая кислота, фолиевая и пантотеническая кислота. Фактически, наше тело должно получать еду, содержащую каждый найденный в земле элемент.
Современная биохимия подтверждает то, что Псалмист объявил 3 000 лет назад: "Человек создан жутко и чудесно - любопытно вылеплен из низших частей земли."
Все эти элементы очень важны для поддержания функционирования тела. Когда в некоторых испытывается нехватка, потому что еда человека их не содержит, в результате начинаются проблемы. Какой бы болезнь не было - мы создаем ее сами.
Я пришел к выводу, что есть свой тип еды для каждого органа или функции тела. Есть пшеница - для мозга и нервной системы, потому что в ней есть фосфор. Есть молоко - лучший источник кальция (если оно пъется сырым) для костей и зубов. Есть йод - для щитовидной железы и так далее. В наше тело должен поставляться каждый минерал и витамин, если хочется иметь здоровье.
Если бы, вместо того, чтобы давать хинин от зябкости или каломель, чтобы стимулировать вялую печень, доктора предписывали бы вместо препаратов правильную еду - от любого указанного дефицита, приводящего к понижению качества физического функционирования пациента (доктора называют это метаболизмом), то я действительно верю - они получили бы лучшие результаты. Я спас свою жизнь этим методом. Это работает. Это "лекарственное питание", согласно моей теории, содержит элементы, которыми больное тело должно было бы восстановить свой расстроенный баланс. Но эти элементы находятся в органической форме, которая может быть ассимилирована.
С точки зрения человека, который ими питается, великая функция растений - это взять неорганические минералы, найденные в почве, и превратить их в органические минералы, которые может ассимилировать человеческое тело. Это верно для таких основных минералов, как кальций (известь), азот (белок), поташ и фосфор. Это одинаково верно для железа, меди, магния, бора, хлора, фтора и других микроэлементов.
Я глубоко убежден, что органические минералы в зерне, овощах, молоке, мясе и яйцах - которые питают физические ткани и поддерживают их функционирование - являются реальным источником обновления. Но, для максимальной пользы, эти продукты нужно есть в их естественном состоянии - сырыми и неочищенными.

ГЛАВА 15.
ДЛЯ МЕНЯ ЖИЗНЬ НАЧИНАЕТСЯ В ШЕСТЬДЕСЯТ


В течение 20 с лишним лет, предшествующих моему 60-ому дню рождения, я постоянно "наслаждался слабым здоровьем." Я думал что все время спускаюсь по наклонной, поскольку мне казалось, что живу исключительно на одном желании жизни. И хотя я об этом никому не говорил, я никогда ни на мгновение не сомневался, что однажды возвращу свое здоровье.
Как оказалось, я значительно приблизился к своей цели, когда вышел из того голода, который доктор Б. Кэньон, натуропат, предписал для меня. Впервые за многие годы, я был свободен от мусора, который блокировал нижнюю часть моего пищеварительного тракта. Мои раны зажили, и причина моей анемии и плохой ассимиляции, была убрана. С тех пор это был только вопрос потребления еды, восстанавливавшей мое изношенное тело и возвращавшей потерянное равновесие моему физическому функционированию.
Мое восстановление было более быстрым, чем у меня были причины ожидать. "Вскоре я снова назову себя полноценным человеком". Эти 20 с лишним лет, с тех пор как я достиг 60, были самыми здоровыми, самыми производительными и, в целом - самыми приятными из всех. Я сделал это, не "сидя на диете" в обычном смысле. Изо дня в день я ем то, что люблю, но Вы знаете, читатель, вкус к строящим здоровье продуктам может быть выработан. Я научился любить неочищенные продукты прямо из сада Природы. Я беру пшеницу, выращенную на собственной земле, мелю на ручной дробильне - с отрубями, шелухой и всем, и замачиваю ее в сыром цельном молоке. И то, и другое производится на абсолютно плодородной почве округа Дэф-Смит. Пшеница и молоко вместе содержат все элементы, в которых нуждается мое тело. Я мог бы жить только на этих двух, но мне нравится разнообразие. Так что, день за днём я ем то, чем могут снабдить меня мой сад или рынок - морковь, зелень горчицы, салат, сырую капусту, печеную картошку со шкуркой; виноград, персики, яблоки или какие-угодно фрукты по сезону - или, еще лучше - все то, что я могу достать из камеры быстрой заморозки.
Не имеет значения что это за пищевые продукты - пока они потребляются в своей полноценной, нерафинированной форме. Хотя более практично все есть сырым. У меня свои сомнения, переживает ли готовку большая часть ценных витаминов. Для моего использования, пастеризация безвозвратно портит молоко (а в нынешнее время - стерилизация при 200 градусах по Цельсию, гомогенизация, нормализация и пр.; прим.пер.). Я подозреваю, что нагревание молока до 145 градусов F уничтожает витамины и дезорганизует минеральную ценность так, что в нем остается совсем мало питательной ценности, если вообще остается.
Да, читатель, я ем немного мяса, совсем немного. Иногда я ем его сырым. Я перекручиваю прекрасный стейк и смешиваю его с нарезанной белокачанной и цветной капустой, салатом, помидорами или какими-угодно овощами, которые есть под рукой. Подобная смесь, с небольшим количеством оливкового масла или уксуса, маскирует мясо настолько эффективно, что Вы едва поймете, что оно там есть. Вся смесь имеет приятный вкус, и очень легко перевариваема. Я подозреваю, что когда я все те годы боролся против анемии, диета из сырой печени, смешанной с сырыми овощами и подкрепленная сырым молоком, предотвратила бы мою болезнь и снова поставила бы меня на ноги. Немного пшеницы с черной шелухой из округа Дэф-Смит, размолотой целиком, напитанной в молоке, произведенном на высоких пастбищах, несомненно ускорило бы мое восстановление. Это без сомнения удовлетворило бы мой голод и предотвратило бы анемию из-за потребления деминерализованной еды.
Наряду с этой естественной диетой, я делаю много физических упражнений на свежем воздухе. Обычно я иду куда хочу, гуляю вокруг города. Это, наверное, и есть моя тайна поддержания молодости, хотя календарь говорит, что мне 82 года. Так что всякий раз, когда меня проверяет мой доктор, он находит все мои органы здоровыми и нормально функционирующими. Всего только несколько месяцев назад у меня была двухдневная проверка в местной клинике. Отчет, который пришел мне, был типичный:
"Мы не нашли признаков возраста. Органы и ткани - в норме."
С того времени, как у меня снова есть физическое здоровье, моя умственная активность поднялась на более высокий уровень. Когда я ночью лежу в постели, меня посещает столько мыслей и образов, что ничего не остается, как вставать с кровати и записывать то, что ко мне пришло. Главным благодаря этому я и накопил достаточно рукописей, чтобы сделать несколько книг.
Читатель, я часто чувствую себя снова мальчиком. Поскольку я нахожу образы, которые прибывают ко мне столь же захватывающими, как новые игрушки на Рождество. Когда я проконсультировался с психологом по поводу этого "второго периода детства", он ответил мне прямо:
"Ментально - для Вас нет возраста."
После тщательного обдумывания, я могу в это поверить.

ГЛАВА 16.
Я ОБНАРУЖИЛ ГОРОД БЕЗ ПРОБЛЕМ С ЗУБАМИ


Еще до того, как я начал практиковать стоматологию в Херефорде, ко мне пришло понимание того, что я находился совершенно в другой местности, чем я привык и знал до этого прежде.
Когда я туда переехал в 1916, округ Дэф-Смит был, в основном, чистым полем. Почти все зарабатывали на жизнь, разводя рогатый скот. За два или три года до этого, никто и не подумал бы прокладывать мелкие поливные каналы для того, чтобы орошать огородные хозяйства. За исключением редких клочков рассады, посаженной владельцами ранчо, в поле зрения едва попадало редкое дерево. Но травы было много и от этого рогатый скот был накормленный и упитанный.
Сначала я задался вопросом, почему так немного людей приходили ко мне, чтобы починить зубы. Пациенты с зубной болью были очень редки. Тогда как в Албертвилле, Алабама, где я практиковал в течение 17 лет, от разрушения зубов страдали все! Так что там я всегда был завален работой с пациентами. Я постоянно работал сверхурочно, пломбируя зубы.
В отличие от этого, в Херефорде в пломбах нуждались всего только несколько человек. У типичного пациента было всего два-три гнилых пятна во всем рту. И причем у него не было ни одного пятна между зубами - там, где я находил большинство проблемных мест во рту алабамских пациентов. В Албертвилле я вырывал зубы почти каждый день. В Херефорде, за исключением зубов мудрости, единственные случаи, когда требовалось вырвать зуб - это для пожилых людей, которые хотели зубной протез. Пиоррея (выделение гноя), а не распад, разрушала их естественные зубы. Действительно, в Херефорде для дантиста был такой небольшой объем бизнеса, что я решил, что должен буду найти новое местоположение, или же - голодать.
Так что, когда я поехал на ежегодную окружную конвенцию стоматологов в Амарилло, я обязательно дожен был для себя выяснить у одного из коллег из Панхэндла, Оклахомы или Нью-Мексико:
"Доктор, Вы знаете хорошее местечко, которое не занято? Поскольку в Херефорде я едва имею достаточный объем бизнеса, чтобы продолжать деятельность. Если бы не установка зубных протезов для пожилых пациентов с пиорреей, то я должен был бы закрыть дело."
"Но, доктор Херефорд," - отвечал дантист, - "Вы находитесь в одном из лучших городов для представителя зубной профессии в этой части страны."
Одно время, когда я задал доктору Г. из Тукумкари, Нью-Мексико, этот же вопрос, он быстро предложил мне обменяться с ним местами. Как бы то ни было, мы этого не сделали - доктор Г. все еще практикует на том же месте, и, по слухам, дела у него идут хорошо. Когда я сюда переселился, округ Дэф-Смит был только недавно заселен. Лишь небольшое каличество семей жили там долгое время. Окресности Херефорда были сплошь пастбищами для коров. У меня был свой офис в здании, которое стояло на пастбище, когда его строили. По-видимому, у всех был вскармливаемый на траве скот, который можно было бы заколоть и съесть. Приблизительно у половины семей была по крайней мере одна корова. Фермерам, занимающимся разведением скота, как правило, не нравятся коровы, дающие молоко.
Мое прирожденное любопытство подталкивало меня к обнаружению причин, почему так немного людей в окресностях Херефорда нуждались в починке зубов, и почему у так мало вообще когда-либо испытывали зубные боли.
Вскоре после того, как я начал практиковать в Алабаме, я у себя в уме уже набросал предположительные причины, но еще не кристаллизовал теорию на словах, что правильный вид продуктов, в правильном количестве и должным образом сбалансированный, если он потребляется с младенчества, произведет здоровое тело и, вместе с ним - здоровые зубы. В то время эта идея была настолько новая, что я просто игрался с нею и не развивал ее.
Когда я начал разбираться в самой местности, в которой находился Херефорд, я понял, что люди, которые там жили, получали тот вид еды, который строил здоровые тела и здоровые зубы. Но что это было за вид?
По большей части, люди ели выращенные собственными руками говядину, белый хлеб, сделанный из купленной муки, и ирландский картофель, также поставляемый извне.
Как я уже рассказывал читателю, доктор К. A. Пьерл из Каньона сначала дал мне идею, что молоко коров, которые паслись на родной для этой местности траве, и производило главным образом здоровые зубы. С этой подсказкой в памяти, я однажды сказал пациенту, который пришел ко мне со ртом, полным здоровых зубов, которые он хотел просто почистить:
"Я вижу, что Вы любите молоко и пьете его довольно много. Вы также любите сливки и простоквашу."
"Вы абсолютно правы, доктор," - ответил удивленный пациент. "Как Вы об этом всем догадались?"
Естественно, никто в самом Херефорде, или в его кресностях не задумывался отдать должное еде или молоку за то, что они производили здоровые зубы. Они и не подозревали о том, что то, что они едят и пьют несколько отличался от того, на чем живут люди в других частях страны. Очень немного людей знают о том факте, что то, что человек ест - определяет его здоровье.
Даже сегодня кажется, что очень немногие жители округа Дэф-Смит ценят невероятное богатство своей почвы. Большая их часть не знает как оценить пищевые зерновые культуры, которые растут в той почве, загруженной целебными минералами и витаминами.
Мои распросы среди людей, которые живут в отдаленных штатах, убедили меня, что никакая другая сельскохозяйственная область не может по полной пищевой ценности соответствовать пшенице, зеленым овощам, другим продовольственным зерновым культурам, продуктам из говядины и молочным продуктам, которые просходят из минерализованной почвы округа Дэф-Смит.
Большинство болезней, которые сокрушают человечество, и я в этом глубоко убежден, может быть устранено, если жить на правильных продуктах. От каких бы болезней люди бы не страдали - они их создали сами, и, главным образом - благодаря ошибочным предпочтениям в еде. Я могу процитировать Вам Священное писание, чтобы подтвердить свои слова:
"Братья, я накормил Вас молоком, а не мясом," - пишет апостол Петр в своем первом послании из "Посланий к коринфянам". "Поскольку до настоящего времени вы не могли это иметь. "Снова, апостол пишет евреям:
"Сильное мясо принадлежит им, совершеннолетним."
Безусловно, язык этих посланий фигуративный, образный. Молоко питает ребенка. Мясо же было бы пригодной едой для зрелого и понимающего взрослого человека.
Даже так, в нашей равнинной местности, те люди, которые пьют много молока с самого детства, почти неизменно обладают острым умом, наряду со здоровыми зубами


Вернуться к началу
 не видно картинки-здесь uznai-pravdu.com/1/(архивная копия с картинками)
 Прочитал сам - поделись с другом, размести ссылку на других ресурсах
 Но форум снова закроют, и ссылка никуда не приведёт -> Копируйте ссылку вместе с текстом.
 Или Распечатай и дай почитать у кого нет компьютера. Будь активнее!  
 
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 13 ]  На страницу 1, 2  След.


Перейти:  
 Тёмная сторона Америки. Самый большой антиамериканский сайт Рунета  Радио человеческого формата, круглосуточно, детям и взрослым, без рекламы и зомбирования. Гойские новости через ширму ЗАЗЕРКАЛЬЯ, профессор Столешников передаёт из Нью-Йорка  Аудиоверсия книги Юрия Козенкова Убийцы России. Проясняет мозги необыкновенно. 
Любые материалы с этого форума и форум целиком, можно свободно использовать и копировать без спросу.
В случае пропажи форума информация тут uznaipravdu.livejournal.com       зеркало    uznai-pravdu.ru  копия yz-p.ru/
tumblr hit counter