...За все годы мировой войны в России абсолютно не ощущалось нехватки продовольствия, так как она, как и до войны, по-прежнему оставалась самым крупным его производителем. Из-за военных действий, как на суше, так и на море, его экспорт на мировой рынок сильно сократился. И поэтому зерно на складах, элеваторах и холодильниках хранилось в достаточном количестве. Но все это и мучило коммунистов, так как в сытой стране их утопия коммунизма не могла получить никакой поддержки у народа. 9 мая 1918 года Ленин подписывает декрет советской власти "О продовольственной диктатуре". Отныне все продовольствие в стране должно быть реквизировано у его производителей и сосредоточено в руках советской власти. При этом свободный рынок был запрещен.
План состоял в следующем. Изъяв все продовольствие у населения, коммунисты получали возможность его строгого распределения по своему усмотрению. Так, следуя правилам древних восточных деспотов, они решали свою проблему: "У кого в руках хлеб, у того и власть". Известно, что человек без хлеба жить не может. Он будет работать на того, кто этот хлеб ему дает. А чтобы он дорожил этим в условиях страшного голода, хлеба надо ему давать столько, чтобы он только не умирал с голоду и при этом не мог никому оказывать помощи, имея его излишек.
Оставалась категория людей, так называемых лишенцев, которым не предусматривались никакие пайки. Лишенцев не брали никуда на работу, а поэтому они были лишены хлебных пайков. Так коммунисты уничтожали интеллигенцию и всю прочую им неугодную часть населения, которая им мешала. Правда, у тех оставалась еще одежда, обувь и всевозможные золотые безделушки и изделия, которые те вынуждены были обменивать на хлеб у тех же коммунистов и их агентов, у которых хлеба было полно.
Таким образом, создав в стране голод, коммунисты объявили себя монополистами по распределению продовольствия. Имея в руках хлеб и давая его тому, кто будет им служить, можно оставаться у власти. Способ изуверский, но верный. У людей отнималась вся собственность, и теперь они становились тем материалом, из которого можно было лепить доселе нигде не виданное государство. Человек, не имеющий хлеба, не может пойти на восстание. Для этого позднее была проделана и коллективизация, чтобы хлеб всегда был подконтролен власти. Население должно было получать хлеба столько, чтобы только чуть утолить свой голод. Ленин, Троцкий и все ЦК РКП(б) объявили войну всему российскому крестьянству, изымая у него полностью урожай, а также все оставшееся от предыдущих урожаев, делая так, чтобы крестьянину невыгодно было на следующий год снова заниматься своим трудом, так как опять должно было повториться то же самое.
Хлеба было много на элеваторах, им можно было хорошо кормить китайцев, латышей, немцев, австрийцев, мадьяр и всех других иноземцев, которые будут держать силой оружия голодное и ослабленное население России. Большая часть продовольствия вывозилась из страны в Германию, другая лежала на складах, третья просто сжигалась. Вот так об этом писалось тогда в одной из российских газет, которая, разумеется, выходила на свободной от коммунистов территории. Смотрите "Донские ведомости" N 268 за 1919 год, издававшиеся в Новочеркасске. Профессор московского университета Кузнецов однажды сказал Льву Троцкому, что "Москва буквально умирает с голода", на что Троцкий, вспылив, ответил: "Это еще не голод. Когда Тит брал Иерусалим, еврейские матери ели своих детей. Вот когда я заставлю ваших матерей есть своих детей, тогда вы можете ко мне прийти и сказать: "Мы голодаем""[21].
Скоро так и случилось. Чтобы удержать в стране власть, коммунисты организовали в стране небывалый голод, процветали трупоедство и людоедство, тысячи трупов людей, как писал сам Ленин, валяются по дорогам страны. Вскоре Ленин подписал еще один декрет о "Продразверстке", которую невозможно было выполнить – в расчете на это она и проводилась. Для насильственного изымания продовольствия у крестьян коммунисты создают так называемые "продовольственные отряды", которые вторгаются в пределы Тамбовской губернии со всех сторон одновременно, подвергая ее грабежу и разбою, надеясь этим напугать и сломить тамбовского крестьянина. http://www.rusk.ru/vst.php?idar=321701
1921 год, Владивосток, «на Амуре обозначился голод. Богатейший и хлебодарнейший край стоит перед подлинным голодом. В Пермской губернии, ещё в прошлом году давшей миллионы пудов хлеба теперь голодает свыше 150 тысяч человек. В Новониколаевской губернии голодает более 55 тысяч детей. Голодные бедствия в Одесской губернии не уступают голоду в Поволжье. Голод на Украине принимает всё более угрожающие размеры. По всем станциям от Харькова до Николаева слышны душераздирающие крики голодных детей. Обезображенные голодом, с тонкими ручками и ножками, с большими отвислыми животами, дети эти бродят по деревням в поисках пропитания. Подбирают всякие отбросы и вырывают друг у друга кусок хлеба, случайно найденный или данный им. Среди крестьян в районе Николаева голодающих зарегистрировано до 500 тысяч» (7. 2 – 156-157).
Разумеется, украинские евреи не разделили ужасную участь своих соседей, украинцев и русских. Ведь их снабжали родственники-чекисты и прочие большевистские чиновники, им помогали единоверцы-сатанисты из-за океана, наконец, их сотнями тысяч вывозили из обречённых на голодную мучительную смерть районов в Москву и Петербург.
Во второй половине 1980-ых некий еврей-пропагандист, опубликовал эпизод того голода, свидетелем которого ему пришлось быть самому. Старушка-украинка, мучаясь от голода, пришла к его еврейской семье, только что сытно отобедавшей, и попросила евреев не мыть тарелки, а передать их сначала ей, русской (украинской) бабушке, чтобы она слизала остатки пищи. Еврейский автор умолчал о дальнейшем, но, надо, полагать, евреи отказали старушке и соблюли свой омерзительный ветхозаветно-талмудный закон о кашруте.
В России «крестьяне, одевшись в чистое бельё, забирались на печку и. укрывшись шубами, лежали в полном безмолвии. На вопрос, что они делают, получался ответ: «Есть больше нечего, жить всё равно осталось один день, смерти ждём» (7. 2-157).
А в это время евреи-ленинцы организовывали для себя государственную охоту, они «разыскивали борзых собак, главный еврей Бронштейн (он же Троцкий) выезжал на охоту, крестьяне соседних деревень были согнаны как загонщики» (7. 2-159).
«С июня 1922 года сведения об ужасах голода перестали поступать, ибо советское правительство, ссылаясь на блестящий урожай, оповестило, что голод окончательно ликвидирован. В поисках за доходами советы решили продать за границу весь запас зерна, который им удалось оружием выколотить у крестьянина. Но заграница на просьбу об авансах отвечала, что затруднительно дать деньги на закупку продовольствия в России, когда в стране царит голод и людоедство. Немедленно же постановлением ВЦИКа голод был «ликвидирован» (7. 2-162). Голод же продолжался, но теперь запад позволил себе купить русский хлеб, внеся весьма тяжкую лепту в геноцид русского народа. А то, что ленинцы-нацисты не сумели продать за рубеж, они попросту сгноили. Так, в Курской губернии «на железнодорожных станциях гниёт сложенное зерно, собранное комиссией продналога, 1.800.000 пудов ржи и овса, весь собранный хлеб обречён на гибель» (7. 2-166).
В 1923 году «голод не только не прекратился, а наоборот, увеличился» (7. 2-163). Сбежавшие сербские рабочие заявили у себя на родине: «В России не живут, там только умирают. Существует только группа комиссаров и их приспешников, которые живут богато, даже роскошно. Непрерывно работает чека, это варварское средство для убийства людей» (7. 2-164). В Крыму, в Евпаторийском уезде «население голодает, причём половина его уже вымерла. Деревня совершенно разорена» (там же). В 1923 году голодающих, например, «в Самарской губернии – 45%, в Саратовской – 35%, в Царицынской – 40%, в Башкирской республике – 55%, в Татарской – 70%, на Урале – 30%, на Украине вместе с Крымом – 33% (там же).
В том же году казак из Кубани написал: «Хотя у нас урожай хороший, а голодной смерти нам не избежать» (там же). Тогда налоги по сравнению с предыдущим годом были увеличены в два с половиной раза, и казаки лишились своего урожая уже на корню. «Налоги буквально давят нас, - пишет русский. – У нас налог теперь на всё: на кошку, на собаку, на курицу и даже в больших городах на могилу. Почти каждый день вводятся новые налоги – сегодня на железную печку, завтра на зеркала, грядки, диваны и т.д. Много налогов таких, о которых мы прямо не знаем, за что они взимаются» (7. 2-168). Письмо из Крыма: «Мы вымираем, всё гибнет, нет никакого просвета» (7. 2-164).
Помимо чекистского террора и голодомора русских истребляли ещё и эпидемиями. «Троцкий ввёл через агентов чека распространение бацилл холеры и тифа. «Холера поможет нам справиться с годом», - цинично открыто заявил он» (5. 92). «В Одессе сильно развиты эпидемии холеры и тифа. Умирают человек по 500 в день» (7. 2-162).
...
7. И. Жевахов. Воспоминания. В 2 томах. Москва, «Родина», 1993
http://www.kolumbus.fi/jevgeni.korolev/ ... ektnst.htm
![Изображение](http://img440.imageshack.us/img440/8488/93541813tj6.jpg)
В. И. Ленин, 1917-1924 годы 37 миллионов людей
И. В. Сталин, 1924-1953 годы 30 миллионов людей
В 1921-1922 годах страна была охвачена страшным голодом (вторая волна) и эпидемий холеры. Знал ли Ленин о гибели от голода миллионов граждан России? Очень смешно задавать такие вопросы. Безусловно, он об этом знал. Информационный отдел ГПУ доставлял лично Ленину совершенно секретные сводки самого различного характера от всех губерний России.
Из информационной сводки ГПУ по Самарской губернии от 3 января 1922 года: “…наблюдается голодание… детей не носят на кладбище, оставляя для питания…”. По Тюменской губернии от 15 марта 1922 года: “…в Ишимском уезде из 500.000 жителей голодают 265.000. Голод усиливается. В благополучных по урожайности волостях голодают 30% населения. Случаи голодной смерти учащаются. На границе Ишимского и Петропавловского уездов развивается эпидемия азиатской холеры. На севере свирепствует оспа и олений тиф…”. Троцкий в ответ на заявление профессора Кузнецова о том, что Москва умирает от голода, заявил: “Это не голод… Вот когда я заставлю ваших матерей есть своих детей, тогда вы можете прийти и сказать: “Мы голодаем”.
А ведь эго хотели реабилитировать с подачи А. Яковлева!.
Вот свидетельство жены Троцкого - Натальи Ивановны Седовой:
“…Красной кетовой икры было в изобилии… Этой неизменной икрой окрашены не в моей только памяти первые годы революции”. Во время, когда обезумевшие люди стояли в длинных очередях за хлебом, комиссарша красной армии Лариса Рейснер, занимая особняк с прислугой, принимала ванны из шампанского и устраивала вечера. На приёме делегатов Первого Конгресса Коминтерна в Большом Кремлёвском Дворце 5 марта 1919 года большевики повергли всех в шок, столы ломились от яств. Ленин лично приказал доставить к столу из запасов Совнаркома “икры - 110 пудов, поросят молочных - 800 пудов, рыбы красной - 200 пудов” (Ю. Козенков, “Голгофа России”, стр. 354).
Голодомор возымел своё. От лютого голода в 1921-1922 годах погибло 5.033.000 человек. А если учесть голод в 1918-1920 годах, эта цифра возрастает до 8.000.000 человек. И к ним надо прибавить ещё 3.000.000 человек, умерших от тифа, сопровождавшего голод.
Чтобы понять истинное отношение “рабоче-крестьянского правительства” к народу, ещё раз увидеть подлинное лицо жидокоммунизма, достаточно ознакомиться с двумя фактами. На перевозку грузов Красного Креста и АРА (американская администрация помощи европейским странам) в помощь голодающим губерниям в 1921 году советская власть выделила всего лишь 125.000 “деревянных” рублей. Между тем в сентябре того же года на закупку за границей 60.000 комплектов кожаного обмундирования для чекистов ЦК РКП(б), по просьбе президиума ВЧК, выделил 1.800.000 рублей золотой валютой. Излишне комментировать эти факты.
Люди русские! Остановитесь и задумайтесь. Кто мы? Те, которые кланялись и продолжаем кланяться своим палачам? Те, которые ходят возле памятников садистам? Те, которые живут на улицах, названых именами истребителей нашего народа? Те, отцы и деды которых 74 года носили жидомасонские треугольники в виде пионерских галстуков? Те, кто безучастно смотрит и не видит, имеет уши и не слышит? И до каких пор всё это мы будем терпеть?
(взято у suncharion)